На передовой закона. Истории полицейского о том, какова цена вашей безопасности

Я в панике. Я просовываю руку в щель как можно дальше. Генри пролежал на холодном полу минимум два дня, и у него осталось мало времени. В этом я уверена. Если бы только мне удалось дотянуться до проклятой ручки. Я стараюсь как можно сильнее поднять руку, но из-за боли она бессильно падает. Тут я чувствую, что прикасаюсь к холодной коже. Мягкими кончиками своих пальцев я нащупываю холодные и сухие пальцы Генри. Когда я беру его руку в свою, чувствую, что он чуть заметно реагирует.

– Все хорошо, Генри, – кричу я в прорезь для почты. – Мы здесь, чтобы помочь вам. Мы поднимем вас с пола!

Я задыхаюсь, потому что мне тяжело оставаться в таком положении. Сгорбившись, я сижу у двери и держу руку в прорези. Однако то тепло, которое еще осталось в Генри, стимулирует меня. Я неохотно выпускаю его руку и делаю глубокий вдох. Подавшись торсом вперед как можно дальше, я с силой просовываю руку в прорезь. Металлическая окантовка царапает мне кожу, но локоть проходит сквозь щель. Теперь я могу согнуть руку и попытаться дотянуться до ручки.

Я слышу, как коллеги, стоящие позади, поддерживают меня и дают советы. Чувствую теплую руку Лиз на своем плече, боль в расцарапанных коленных чашечках и жжение в локте. Вдруг для меня перестают существовать все, кроме нас с Генри, и я думаю лишь о том, как дотянуться до ручки и спасти его. Я жалею, что мои пальцы не длиннее хотя бы на миллиметр. Хватаюсь руками за воздух и чувствую сильнейшее напряжение. Я уже готова сдаться, как вдруг нащупываю кончиками пальцев холодный край ручки. Сосредотачиваюсь до предела, чтобы нажать на нее и опустить вниз. Пожалуйста, будь не заперта. Пожалуйста. Я закрываю глаза и чувствую, как щелкает дверь. Она слегка открывается внутрь, и я стараюсь не давить на нее, помня о положении Генри.

Когда коллеги понимают, что у меня все получилось, они издают радостные возгласы. Я на секунду прижимаю голову к двери. Теперь я всем мешаю, и мне нужно поскорее достать руку из прорези.

– Нам нужно попасть внутрь, – кричу я Лиз и парням. – Вам придется вытащить меня.

В ту же секунду они начинают тянуть меня назад за жилет. Я невольно вскрикиваю, потому что руку пронзает боль.

– Черт. Надо быть осторожнее, – говорит Энди и нагибается к моему лицу. – Ты в порядке?

– Да, – я пытаюсь улыбнуться, но моя улыбка наверняка больше напоминает гримасу. – Я потерплю.

– Хорошо, – говорит он и кивает остальным. Они снова тянут меня за жилет, и рука выскальзывает из прорези. Металлическая окантовка царапает локоть, и я падаю спиной на бетонный пол. Я вижу, как Лиз осторожно открывает дверь и берет Генри за руку. Поднимаюсь с пола и пытаюсь согнуть руку. Осматриваю ссадины и понимаю, что завтра появятся большие синяки. Однако сейчас я не чувствую боли, потому что меня охватывает эйфория. У меня получилось. Генри все еще жив, и я сделала то, зачем каждый полицейский приходит в профессию: спасла человека.

Через некоторое время я сижу в больнице и смиренно позволяю медсестре нанести антисептик на мои ссадины. Сын Генри со слезами на глазах пожал мне руку, а я улыбнулась и кивнула в ответ. Я наблюдаю за тем, как он держит своего отца за руки и нежно целует в лоб. На секунду мне кажется, что я поняла, в чем смысл жизни. В глубине души я уже приняла решение. Я кладу руки на живот и улыбаюсь. У меня будет ребенок.

* * *

У меня трясутся руки, когда я беру телефон и набираю номер Джона. Я заперлась в своей комнате, чтобы позвонить. Он отвечает со второго гудка.

– Привет! С тобой все в порядке?

В его голосе чувствуется напряжение. Я перехожу сразу к делу, без преамбулы.

– Слушай, я знаю, что вчера ты решил, будто я тебя избегаю. Понимаешь, нам нужно поговорить. Я бы приехала к тебе, но на поезд в воскресенье не сядешь – на путях ведутся работы. Ты можешь приехать ко мне?

Я хожу по своей маленькой комнате.

Джон медленно выдыхает.

– О чем ты хочешь поговорить?

– Мы не сможем обсудить это по телефону. Пожалуйста, Джон, не задавай вопросов. Пожалуйста, просто приезжай.

– Элис, если ты хочешь порвать со мной, просто сделай это сейчас. Я не хочу ехать из Уолтамстоу в Чесхант ради того, чтобы ты меня бросила.

Я тру лоб рукой от отчаяния.

– Джон, я вовсе не собиралась этого делать. Пожалуйста, просто садись в машину.

Долгая пауза.

– Твои родители дома?

Он еще никогда с ними не встречался.

– Да. Не беспокойся, мы поговорим снаружи. Припаркуйся в дальнем конце улицы. Мы можем посидеть у тебя в машине.

– Очень романтично, – говорит он и ненадолго замолкает. – Ладно, скоро увидимся.

– Спасибо, – отвечаю я, закрывая глаза. – Увидимся.