На шифре. Инсайдерская история криптовалютного бума

Однако год назад он сам писал Предложение по улучшению Ethereum (Ethereum Improvement Proposal, EIP) № 156 под названием «Возвращение эфира в обычных классах заблокированных аккаунтов». Это предложение «позволит пользователям с эфиром или другими активами в обычных классах заблокированных аккаунтов выводить свои активы», писал он. EIP касалось случаев, когда случайно создан контракт без кода, когда проводятся атаки с повтором на ETC или если потери вызваны ошибкой в библиотеке JavaScript. Виталик писал: «Примечание: во всех этих случаях законный владелец очевиден, его право можно математически доказать, и ни один пользователь не лишился активов». Он признавал, что предложение лучше считать «„операцией по спасению“, а не „техническим усовершенствованием“», и предлагал обсудить его, а не одобрять сходу. Хотя он выложил EIP 156 14 октября 2016 года, дискуссия продолжалась и 17 августа 2017 года.

Ветка с комментариями обрела вторую жизнь 7 ноября, когда разошлись новости о взломе Parity. Правда, один пользователь отметил, что в данном виде предложение не разблокирует замороженные кошельки, потому что в их адресах все-таки есть код.

Хотя Виталик и не высказывал своего мнения, Гэвин все равно давил на него, чтобы он сохранял нейтралитет и не мешал Parity вернуть свои средства. (Гэвин утверждает, что никогда ни на кого не давит.) Виталик не встал в позу, но все-таки был против хардфорка – он чувствовал, что сообществу нужен новый прецедент, чтобы показать: форк после The DAO не значит, будто теперь этого может потребовать любой. Когда он вносил EIP 156, ситуация была совсем иной: сумма заблокированных средств составляла куда меньше 150 миллионов, и они были утрачены намного раньше. К тому же он нисколько не сочувствовал Parity. Это уже второй взлом их кошелька. И из замороженных 150 миллионов бóльшая часть принадлежала Parity. Более того, и остальные деньги принадлежали лишь трем ICO: Parity, Iconomi и Musiconomi владели 85 % средств. Во многих мультисиг-кошельках хранились небольшие суммы эфира – от пары сотен до нескольких десятых эфира. К тому же Parity уже давно выставляли себя так, будто они намного профессиональнее команды Geth. Виталик не видел необходимости высказывать личное мнение; он полагал, что сообщество само выступит против возврата средств.

И оказался прав: сообщество к этому времени уже изменилось. Тогда казалось, что The DAO – это и есть Ethereum. Теперь же в ходе ICO-бума народились всякие Golem, BAT, Bancor и Status (а также более сомнительные проекты вроде Veritaseum и Dentacoin), а CoinMarketCap насчитывал 1 205 монет против 614 во время атаки The DAO; то есть деньги теряла всего пара компаний в целой экосистеме. Быть может, сумма в долларах и превышала сумму, утраченную во времена The DAO, но только из-за выросшей стоимости эфира; число замороженных токенов – 513 774 – это лишь полпроцента от приблизительного количества эфира в обороте, а вовсе не 4,5 %, и абсолютное количество тоже меньше, чем 3,64 миллиона ETH, которые забрал хакер у The DAO.

Но самое главное – с тех пор изменился мир. Раньше Ethereum делал так много форков, что сообщество решило, будто у форка нет никаких последствий. Тогда опаснее было не форкнуться. Но после The DAO люди узнали, что хардфорк может породить очередной Ethereum. А это уже было опасно. Другой фактор – в отличие от случая с The DAO, сроки теперь не поджимали. Средства заморожены – и, если не предпринять меры, так и будут лежать себе замороженными вечно. В случае с The DAO время на спасение было ограничено и вынуждало как-то действовать. К тому же в Ethereum наделали уже столько новых токенов, что спорный хардфорк грозил породить в другом блокчейне самые разные активы-дубликаты: Very Classic Gnosis, Very Classic BAT, Very Classic Status и так далее.

Вряд ли помогало и то, что Гэвин сжег за собой так много мостов в сообществе, хотя вслух об этом не говорили. После постов с подделанной метрикой, призванной выставить Geth в не лучшем виде, после благодарности Виталику в желтой книге за «зерно идеи», после саботажа многомесячных усилий по получению либеральной лицензии для кодовой базы С++, после изменений в Parity-клиенте, приносящих пользу только его пользователям, у него осталось маловато сторонников, если вообще кто-то остался, кроме его же работников в Parity. Еще в августе Виталик твитнул скриншот самого первого имейла от Гэвина и поблагодарил его за вклад в Ethereum. Гэвин ответил:

Спасибо и тебе, @VitalikButerin – я бы никогда не смог создать #Ethereum без тебя:-)

Питер Силадьи твитнул в ответ:

Ах да, спасибо @gavofyork за то, что единолично создал #Ethereum! Мы – остальные 30+ программистов – с большим удовольствием смотрели, как ты работаешь!