На степной границе. Оборона «крымской украины» Русского государства в первой половине XVI столетия

В центре «крымской украины», к югу от реки Оки, лежал Тульский край. На западе он примыкал к Заокско-Брянскому краю, а на востоке — к Рязанской земле. Здесь раскинулись обширные пространства лесостепи, постепенно сливавшиеся с Диким полем. Для крымских вторжений это был наиболее удобный участок, и не случайно именно в район Тулы вел знаменитый Муравский шлях. Он шел между верховьями Ворсклы и Северного Донца, между Сеймом и Осколом, между Зушею и Красивой Мечей и выходил, к Туле. Впрочем, Тула была тем местом, к которому направлялись и другие татарские шлихи. Этим определялось огромное стратегическое значение тульской крепости. В начале XVI в., когда основной оборонительный рубеж Русского государства на юге протянулся по берегу реки Оки, Тула являлась передовой крепостью. Именно в районе Тулы русское население раньше, чем в других местах, продвинулось на юг. Этому способствовало наличие естественных препятствий, затруднявших татарские набеги. Тульский край отделяла от Дикого ноля широкая лесная полоса, частично сохранившаяся до наших дней под старым названием Засеки. Южнее ее в то время располагались лишь отдельные селенья (но течению рек, под прикрытием прибрежных лесов и рощ). Со стороны степи Тульский край прикрывала целая цепь укрепленных городков: Городенск (Венев), Епифань, Скопин, Печерники, Дедилов, Донков. Тульский край пересекала прямая дорога к реке Оке, по которой крымские татары не раз пытались прорваться в центральные уезды Русского государства. Поэтому именно здесь завязывались самые кровопролитные и тяжелые битвы с ордами крымского хана.

К Тульскому краю с востока примыкала Рязанская земля, занимавшая среднее течение реки Оки. К ней тоже вплотную подступало Дикое поле. Близость Дикого поля сказывалась в Рязанской земле постоянно. Рязанским людям приходилось быть начеку. Однако можно заметить, что крымские татары нападали на Рязанскую землю не так часто, как следовало бы ожидать, имея в виду ее близкое соседство со степью. Дело в том, что Рязанскую землю защищала с востока и с юга полоса лесов и больших рек. На востоке эти леса уходили далеко к Волге. Притоки Дона были препятствием для нападения на Рязанскую землю с юга и с запада. Крымской коннице приходилось совершать длительный путь и пробираться к Рязанской земле мимо Тулы, что было нелегко, так как там их обычно ждали русские полки. Принимая на себя самые сильные удары Крымского ханства, Тульский край оборонял и Рязанскую землю. Но даже прорвавшись за Тулу, крымские татары по дороге к Рязани встречали серьезные естественные препятствия. Одним из таких препятствий служила излучина Прони, впадавшей в Оку. Эта небольшая речка текла в крутых берегах с юго-запада на северо-восток. Еще недоступней для татар была Мещерская сторона, расположенная к северу от Оки. Там стояли сплошной стеной большие непроходимые леса. Плодородные черноземы Рязанского края издавна привлекали сюда население. В обороне от крымских набегов Рязань могла опереться на собственные силы, весьма значительные. Рязанские «дети боярские» постоянно участвовали в войнах на границе. Здесь тоже находилось много укрепленных городов: Переяславль-Рязанский, Пронск, Зарайск, Ряжск. В соседний Муромский край, заросший дремучими лесами, крымские татары, как правило, не заходили; его можно отнести уже к «казанской украине».

Несмотря на значительные различия, у всех перечисленных земель «крымской украины» были общие исторические судьбы: в течение длительного времени и Северщина, и Заокско-Брянский край, и Тульский край, и Рязанская, земля находились под постоянной угрозой крымских набегов. В непрекращавшейся войне со степью стояли плечом к плечу и севрюки, и жители дремучих «брянских лесов», и «верховские» ратники, и тульские горожане, и удалые рязанцы. Московские воеводы в борьбе с крымскими войсками постоянно опирались на местное население, которое часто приходило в пограничные местности раньше, чем там строились крепости и создавались укрепленные линии. Крестьянская колонизация пограничных областей — вот та основа, на которой создавалась оборона «крымской украины». Местные «люди украинные» с оружием в руках встречали насильников, помогая русским полкам отбивать крымские набеги[54]. Однако оборонять «крымскую украину» только местными силами было невозможно. Открытый разрыв с Крымским ханством требовал оборонительных мероприятий общегосударственного масштаба. Правительство Василия III серьезно занялось обороной южной границы.