Напоминание старых истин

У каждого писателя, как бы широко и разнообразно ни было его творчество, есть излюбленная тема, с которой он выходит в литературу, привнося в нее свое видение мира, свое понимание добра и зла. Для Александра Борисовича Чаковского такой темой давно стали героические дела тружеников первого города революции, города Ленина.

И это не случайно. Его многое связывает с Ленинградом.

В годы войны, будучи военным корреспондентом, он принимает участие в героической обороне города. На его глазах свершаются исторические события того времени, и он пишет о них и по горячим, как говорится, следам (первая книга известной трилогии «Это было в Ленинграде» выходит в свет еще во время войны), и после, когда страна возвращается к мирному труду (две другие книги трилогии: «Лида» и «Мирные дни»). В этих произведениях он начинает исследовать истоки народного подвига, истоки социальные и нравственные, которые лежат в характере советского человека.

В повестях и романах «У нас уже утро», «Год жизни», «Дороги, которые мы выбираем», «Свет далекой звезды», «Невеста», которые Чаковский пишет и публикует в последующие десятилетия, раскрываются новые черты его дарования: стремление к широким полотнам и большим социальным и психологическим обобщениям.

Новый его роман «Блокада» — это широкое эпическое повествование о событиях Великой Отечественной войны.

В первой книге романа, которая была опубликована в «Роман-газете» в минувшем году, много страниц отводит автор и предвоенным делам, рассказывая о том, как готовилась эта чудовищная военная авантюра Гитлером и его приспешниками. Визит Молотова в Берлин накануне войны, совещание военачальников в Кремле в присутствии Сталина, тревожная обстановка на границе и деятельность руководителей Ленинградского обкома — последовательно, от главы к главе, развивается драматический и героический сюжет книги. Автор то переносят действие в ставку Гитлера, то как бы заставляет следить нас за любимцем фюрера майором Данвицем — непосредственным исполнителем чудовищных замыслов фашизма; то мы вновь как бы переносимся на мирные улицы Ленинграда и вместе со старым архитектором Валицким, рабочим-большевиком Королевым и майором Звягинцевым размышляем о жизни, любим и ненавидим, осознавая высокий долг гражданина в предчувствии грозовых дней. Каждый уже теперь как бы вносит свой вклад в будущую победу. Народ един в своем патриотизме, в стремлении дать достойный отпор врагу — вот главная линия романа.

Во второй книге мы опять видим тех же героев, но уже в новой, более сложной обстановке. Майор Звягияцев вместе с батальоном саперов выезжает на лужский оборонительный рубеж. Архитектор Валицкий, несмотря на свой преклонный возраст, записывается в народное ополчение и выезжает на тот же лужский рубеж, чтобы с оружием в руках и в первых рядах защитников встретить фашистов. То, что происходит в военкомате, куда приходит старый архитектор, описано Чаковским трогательно и неповторимо, неповторимо своей правдивостью — мы прямо-таки ощущаем, как рабочие Ленинграда, да и все советские люди, восприняли призыв партии к защите Отечества.

На лужском рубеже фашисты были временно остановлены. И народные ополченцы, и кадровые армейские части проявили мужество и стойкость в битве с врагом. Мы видим этот, в сущности, неравный бой сначала глазами майора Звягинцева и Королева, а потом об этом же бое вспоминает Данвиц, чья танковая колонна была остановлена, разбита, и бронированные машины, как разбросанные головешки, дотлевали в ночи на поле боя. Данвиц потрясен произошедшим. В его сознании, привыкшем к мысли о непобедимости созданной Гитлером военной машины, никак не может уложиться, что он и его «доблестная» эсэсовская дивизия разгромлены. Мы присутствуем при разговоре Данвица с Гитлером, и снова перед нами во всем своем человеконенавистничестве встает фигура кровавого маньяка двадцатого века.

В романе рассказывается и о визите личного посланника президента США Гопкинса в Советский Союз, о его встрече со Сталиным. Может быть, не столь подробно, как того хотелось бы, но все же достаточно ясно и ярко раскрыта и деятельность Рузвельта и Черчилля. Все это придает широкое общественное звучание произведению.

Огромным утверждающим пафосом наполнены страницы, повествующие о прибытии в Ленинград нового командующего фронтом Жукова в самые трудные для города дни.