Напоминание старых истин

Сегодня очень важно понять, что массовая культура — это не только фильмы ужасов, комиксы и низкопробные политические бестселлеры, а сам образ жизни, способ духовного потребления, которые тесно переплетены с социальной структурой капиталистического общества. Ее апологеты на Западе пытаются доказать, будто она бесклассова, подлинно народна, так как доступна всем, и преследует одну лишь цель — улучшать «качество жизни» личности. Но эта демагогия, а иначе ее назвать нельзя, не выдерживает испытания фактами. Уяснить истинный характер массовой культуры можно, только поставив вопросы: кому и чему она служит, повышает ли идейный, нравственный уровень масс? Кредо «массовой культуры» — это уход от главных, социальных проблем эпохи в бездумную развлекательность и мещанский мирок красивых иллюзий о возможности «сладкой жизни» для всех и каждого. Но за этой ширмой привлекательности, если присмотреться ближе, проглядывает воинственная классовая сущность капитализма. Цель этой гигантской «культурной» индустрии — навязать нормы и ценности современного буржуазного мира в качестве основы жизни и поведения личности, убаюкивая человека сказочками о «всеобщем благоденствии» и «равных возможностях». Изготовители этой низкопробной литературной продукции мечтают превратить личность в бездушного робота-потребителя. Но даже буржуазные идеологи, не потерявшие еще способности трезво смотреть на вещи, все чаще задумываются над последствиями глубочайшего упадка духовной культуры Запада. Антигуманность «массовой культуры» пагубна еще и тем, что, создав «одномерного человека» (я имею в виду — в конечном своем результате), она старательно культивирует в нем все самое низменное: жестокость, неразумие, темные инстинкты, насилие, цинизм, равнодушие к ближнему, оголтелый индивидуализм.

Честные, правдивые, душевно чуткие художники с глубокой тревогой говорят сегодня о моральном кризисе буржуазной цивилизации. «Единственное, чему мы сегодня по-настоящему научились, это искусству убивать людей, — заявил недавно выдающийся японский кинорежиссер Акира Куросава в интервью американской газете «Крисчен сайенс монитор». — В Японии, как и во всем мире, все меньше внимания уделяется духовным ценностям человечества». Феномен «массовой культуры», которую империалистическая пропаганда хочет навязать в качестве всеобъемлющей «модели», нам необходимо знать, знать во всех ее проявлениях, чтобы вести с ней непримиримую борьбу. Недооценивать силу воздействия ее на умы и души людей было бы серьезной ошибкой.

Средоточием острой идейной борьбы, где сталкиваются социалистическая и буржуазная идеологии, остается проблема гуманизма, защита нравственных ценностей. Подлинный гуманизм — это не отвлеченное человеколюбие, он неотделим от политики, от борьбы народов против угрозы ядерной войны, от всех больших и малых социальных вопросов, какие тревожат сейчас человечество. «За» или «против» человека — вот критерий сегодняшней литературы, критерий гуманизма. И это понимают на Западе. По признанию множества писателей, публицистов и идеологов Запада, буржуазную литературу давно уже разъедает рак дегуманизации. Буржуазная философия открыто провозгласила лозунг «смерти человека». Герой одной из пьес английского драматурга Дэвида Мерсера устало говорит: «Мы подошли к пределу нашей цивилизации, а заглянуть в будущее нам не дано». Сумеречные настроения заката, ущерба, распада, безысходности существования пронизывают необозримое море произведений современной западной литературы. Их герой — точнее, антигерой — это «человек без свойств», он подавлен жестокостью социальной системы и презрением сильных мира сего, он попал в плен вещей, навязываемых ему всепроникающей рекламой, он не верит ни в какие добрые связи с людьми, которые, как ему со всех сторон пытаются внушить, устарели, став немодным пережитком патриархальности. В обезличенном и стандартизированном обществе потребления разорвана живая ткань человеческой близости и человек страдает от мучительной тоски по утраченному чувству общности. Ф. М. Достоевский писал, что «самое страшное, когда человеку некуда пойти». Сегодня этот процессе разрушения человеческого в человеке зашел в буржуазном мире еще глубже: герой романа талантливого французского прозаика Эмиля Ажара с печальной иронией замечает, что «с кем поговорить, всегда найдется, если есть деньги». Грустное и страшное признание.