Наш общий друг. Часть 2

— Мистеръ Юджинъ Рейборнъ, — вмѣшался въ разговоръ Чарли Гексамъ, — я хочу сказать вамъ нѣсколько словъ. Для меня это настолько важно, что мы отыскивали вашъ адресъ въ календарѣ, потомъ ходили въ вашу контору, и вотъ пришли сюда.

— Вы задали себѣ слишкомъ много хлопотъ, школьный учитель, — сказалъ на это Юджинъ, сдувая пушистый пепелъ со своей сигары и совершенно игнорируя мальчика, — надѣюсь, что онѣ вознаградятся.

— И я радъ, что могу говорить въ присутствіи мистера Ляйтвуда, — продолжалъ Чарли, — потому что черезъ мистера Ляйтвуда вы познакомились съ моей сестрой.

Рейборнъ лишь на мгновеніе отвелъ глаза отъ учителя, чтобы взглянуть, какое дѣйствіе произвело послѣднее слово на Мортимера. Тотъ, стоя по другую сторону камина, какъ только было произнесено это слово, повернулся лицомъ къ огню и уставился на него.

— Благодаря мистеру Ляйтвуду вы видѣли сестру мою и во второй разъ. Вы вѣдь были съ нею въ то время, когда былъ найденъ мой отецъ. Затѣмъ я засталъ васъ съ нею и на другой день. Съ той поры вы видались съ ней очень часто. Я желаю знать для чего?

— Ну, стоило ли изъ-за этого хлопотать, школьный учитель? — проговорилъ Юджинъ тономъ безпристрастнаго совѣтчика — посторонняго зрителя. — Столько шуму изъ пустяковъ! Впрочемъ вамъ, конечно, лучше знать, а по моему — не стоило.

— Я не понимаю, мистеръ Рейборнъ, почему вы обращаетесь ко мнѣ,- отозвался на это Брадлей съ возрастающимъ гнѣвомъ.

— Не понимаете! — Ну хорошо, я не буду.

При своемъ полномъ самообладаніи Юджинъ сказалъ это такъ оскорбительно, что респектабельная правая рука Гедстона, сжавъ респектабельный волосяной шнурокъ, на которомъ висѣли респектабельные серебряные часы, была готова затянуть этотъ шнурокъ вокругъ его горла. Ничего болѣе Юджинъ не счелъ за нужное прибавить. Онъ стоялъ, склонивъ голову на руку, продолжая курить, и невозмутимо глядѣлъ на волновавшагося Брадлея Гедстона съ его стиснутой правой рукой, — глядѣлъ такъ, что тотъ былъ готовъ сойти съ ума.

— Мистеръ Рейборнъ, — проговорилъ между тѣмъ мальчикъ, — намъ извѣстно не только то, что я сейчасъ вамъ сказалъ, намъ извѣстно больше. Сестра моя пока еще не знаетъ, что мы все открыли, но мы открыли все. У насъ съ мистеромъ Гедстономъ былъ планъ дать образованіе моей сестрѣ, по совѣту и подъ руководствомъ мистера Гедстона, ибо онъ въ этомъ дѣлѣ самый лучшій авторитетъ, что бы вы тамъ ни думали о немъ, куря свою сигару… И что же мы узнаемъ? Что мы узнаемъ, мистеръ Ляйтвудъ? — Мы узнаемъ, что моя сестра уже беретъ уроки безъ нашего вѣдома. Мы узнаемъ, что въ то самое время, когда сестра моя неохотно и холодно выслушиваетъ всѣ наши планы, составленные нами для ея же пользы, — планы мои, ея брата, и мистера Гедстона, достойнѣйшаго судьи въ этихъ вопросахъ, — доказательствомъ чему служатъ его аттестаты, которые онъ всегда можетъ предъявить, — что въ это самое время она охотно принимаетъ другія услуги. Да, и занимается очень прилежно; а я знаю, что значить прилежно заниматься. Знаетъ это и мистеръ Гедстонъ. Теперь вопросъ: кто-нибудь платитъ же за эти уроки? — вотъ мысль, которая естественно рождается у насъ. Кто же платитъ? Мы начинаемъ разыскивать, мистеръ Ляйтвудъ, и узнаемъ, что платитъ вашъ другъ, вотъ этотъ самый Юджинъ Рейборнъ. Спрашивается: какое онъ имѣетъ право на это и что онъ замышляетъ, и какъ онъ смѣетъ позволять себѣ такую вольность безъ моего согласія, когда я поднимаюсь въ свѣтѣ, благодаря собственнымъ стараніямъ и помощи мистера Гедстона, и не могу допустить, чтобы малѣйшая тѣнь упала на мою репутацію, чтобы малѣйшій упрекъ коснулся моего добраго имени черезъ мою сестру.

Ребяческая незрѣлость этой рѣчи и вылившійся въ ней непомѣрный, откровенный эгоизмъ дѣлали ее поистинѣ жалкою рѣчью. Несмотря на это Брадлей Гедстонъ, привыкшій къ малолѣтнимъ слушателямъ своей школы, но мало знакомый съ умственной сферой взрослыхъ людей, выразилъ всѣмъ своимъ видомъ большое сочувствіе ей.

— А теперь я скажу мистеру Юджину Рейборну, — продолжалъ Чарли, вынужденный обращаться къ нему въ третьемъ лицѣ послѣ напрасной попытки говорить во второмъ, — теперь я скажу, что я противъ его знакомства съ моею сестрой и прошу его прекратить это знакомство. Но пусть онъ не забираетъ себѣ въ голову, что я боюсь, чтобы моя сестра не привязалась къ нему.

Тутъ мальчикъ насмѣшливо улыбнулся, учитель тоже улыбнулся, а Юджинъ молча сдунулъ пепелъ съ сигары.