Наш общий друг. Часть 2

— Выслушайте меня, — заторопился Веггъ. — Выслушайте! Я сейчасъ за ними схожу.

Пробывъ нѣкоторое время въ отсутствіи, какъ будто въ своей алчности онъ никакъ не могъ рѣшиться показать свое сокровище, мистеръ Веггъ наконецъ появился со старой кожаной картонкой изъ подъ шляпы, въ которой онъ хранилъ шкатулку во избѣжаніе подозрѣній.

— Мнѣ не хотѣлось бы открывать ее здѣсь, — проговорилъ онъ вполголоса, озираясь кругомъ. — Тотъ можетъ вернуться, онъ, можетъ быть, еще не ушелъ. Никогда нельзя отгадать, что у него на умѣ, послѣ всего того, что мы видѣли.

— Въ этомъ есть доля правды, — согласился Винасъ. — Пойдемте ко мнѣ.

Опасаясь за цѣлость шкатулки и боясь въ то же время открыть ее у себя, Веггъ колебался.

— Пойдемъ ко мнѣ, говорю я вамъ, — повторилъ Винасъ запальчиво. — Слышите?

Не находя достаточно благовиднаго предлога для отказа, мистеръ Веггъ отвѣчалъ торопливо:

— Выслушайте меня… Ну, конечно, пойдемъ.

Онъ заперъ павильонъ, и они отправились въ путь. Мистеръ Винасъ велъ пріятеля подъ руку и держался за него замѣчательно цѣпко.

Подойдя къ заведенію Мистера Винаса, они увидѣли тускло, какъ всегда, горящую свѣчу на окнѣ, слабо освѣщавшую для публики все ту же пару препарированныхъ лягушекъ съ рапирами въ лапкахъ, все еще не рѣшившихъ своего поединка. Мистеръ Винасъ, уходя, заперъ лавку и теперь отперъ ее ключемъ, а когда они вошли, заперъ опять изнутри, но прежде плотно притворилъ оконные ставни и закрѣпилъ ихъ болтами.

— Теперь къ намъ никто не войдетъ, если мы сами не впустимъ, — сказалъ онъ. — Такой укромный уголокъ, что любо!

Онъ сгребъ въ кучу еще теплую золу на рѣшеткѣ камина, развелъ огонь и снялъ нагаръ со свѣчи. Когда запылавшій огонь сталъ бросать свой трепещущій свѣіъ на грязныя стѣны, — индійскій младенецъ, африканскій младенецъ, разобранный по суставамъ англійскій младенецъ, ассортиментъ череповъ и вся остальная компанія вдругъ выступили на своихъ всегдашнихъ мѣстахъ, какъ будто всѣ они тоже уходили со двора, какъ и ихъ хозяинъ, и теперь пунктуально явились на сборный пунктъ, чтобы присутствовать при открытіи секрета. Французскій джентльменъ успѣлъ значительно вырасти съ тѣхъ поръ, какъ мистеръ Веггъ въ послѣдній разъ его видѣлъ: теперь онъ былъ снабженъ парой ногъ и головой, но рукъ все еще не хватало. И кому бы ни принадлежала первоначально эта голова, Сайлесъ Веггъ, въ скобкахъ сказать, почелъ бы въ эту минуту за особенное себѣ одолженіе, если бъ у нея прорѣзалось не такъ много зубовъ.

Онъ молча сѣлъ на деревянный ящикъ передъ каминомъ, а Винасъ, опустившись на свой низенькій стулъ, досталъ изъ за торчавшихъ рукъ скелета подносъ и чашки, и поставилъ чайникъ на огонь. Мистеръ Веггъ въ глубинѣ души очень одобрялъ всѣ эти приготовленія, надѣясь, что они разрѣшатся нѣкоторымъ разжиженіемъ опаснаго электричества, скопившагося въ умѣ мистера Винаса.

— Вотъ теперь, сэръ, мы въ безопасности и можемъ быть спокойны, — сказалъ этотъ джентльменъ. — Посмотримъ-ка находку.

Все еще неохотно, плохо повинующимися руками, бросая искоса недовѣрчивые взгляды въ сторону торчавшихъ мертвыхъ рукъ, какъ будто онъ боялся, что вдругъ какая-нибудь парочка изъ нихъ протянется къ нему и сцапаетъ документъ, — мистеръ Веггъ открылъ картонку, досталъ шкатулку и, отперевъ ее, извлекъ изъ нея завѣщаніе. Онъ крѣпко держалъ его за уголокъ все время, пока Винасъ, взявшись за другой уголокъ, пытливо и не спѣша читалъ.

— Ну что, товарищъ? Правду я вамъ говорилъ? — спросилъ наконецъ мистеръ Веггъ.

— Совершенную правду, — сказалъ Винасъ.

Тутъ мистеръ Веггъ сдѣлалъ легкое, граціозное движеніе, какъ бы собираясь свернуть свой документъ, но мистеръ Винасъ не выпускалъ изъ руки своего уголка.

— Нѣтъ сэръ, — сказалъ онъ, моргая глазками и тряся головой. — Нѣтъ, товарищъ! Рѣшимъ сперва вопросъ, кому хранить эту вещь. Извѣстно ли вамъ, кто будетъ хранить ее, товарищъ?

— Я, — сказалъ Веггъ.

— Ахъ нѣтъ, товарищъ, вы ошибаетесь, — возразилъ мистеръ Винасъ. — Хранить буду я. Послушайте, мистеръ Веггъ: я не желаю заводить съ вами спора, и того еще меньше желаю разводить анатомію надъ вашей персоной.

— Что вы хотите этимъ сказать? — спросилъ мистеръ Веггъ торопливо.

— Я хочу сказать вотъ что, — проговорилъ внушительно Винасъ. — Едва ли можетъ человѣкъ чувствовать больше дружбы и симпатіи къ другому человѣку, чѣмъ чувствую я къ вамъ въ эту минуту. Но у себя я окруженъ трофеями моего искусства и владѣю инструментами очень ловко.

— Что вы хотите сказать, мистеръ Винасъ? — повторилъ тревожно Веггъ.

— Я окруженъ, какъ я уже замѣтилъ, трофеями моего искусства, — въ свою очередь повторилъ мистеръ Винасъ. — Ихъ у меня не мало, мой складъ человѣческихъ костей очень великъ, лавка изрядно загромождена, и я больше не нуждаюсь въ трофеяхъ моего искусства. Но я люблю свое искусство и умѣю прилагать его къ дѣлу.

— Лучшаго мастера по этой части не сыскать, — согласился Веггъ съ какимъ-то растеряннымъ видомъ.