Наш общий друг. Часть 2

— Ну, а еще что долженъ я измѣнить? — спросилъ ее Райя, шутливо-грустнымъ тономъ.

— Боюсь, тетушка волшебница, что вторая моя просьба будетъ своекорыстная: я попрошу васъ поправить мнѣ спину и ноги. Вамъ, съ вашимъ могуществомъ, ничего не стоитъ это исполнить, а для меня, бѣдной больной, это такъ важно!

Въ этихъ словахъ не слышалось жалобы, и тѣмъ не менѣе они хватали за сердце.

— Хорошо. А потомъ?

— Потомъ? Вы сами знаете, тетушка. Мы съ вами сядемъ въ карету шестерикомъ и поѣдемъ къ Лиззи… Ахъ да, это напомнило мнѣ, что я хотѣла кой-о-чемъ васъ спросить… Вы умны (вѣдь васъ волшебницы учили), значить, вы можете мнѣ сказать, что лучше: имѣть ли вещь и потерять ее или никогда не имѣть?

— Я васъ не понимаю, — объясните, племянница.

— Теперь, безъ Лиззи, я глубже чувствую свое одиночество и безпомощность, чѣмъ прежде, когда я не знала ея.

У дѣвочки навернулись на глазахъ слезы при этихъ словахъ.

— Кто въ жизни не разставался съ дорогими сердцу людьми, моя милая? — проговорилъ старикъ. — И я вотъ тоже разстался съ женой, съ дочерью, съ любимымъ сыномъ, много обѣщавшимъ. Но счастье все-таки было.

— Ахъ! — задумчиво вздохнула миссъ Ренъ, нисколько не убѣдившись, и заключила свой вздохъ рѣзкимъ движеніемъ подбородка. — Такъ я вамъ скажу, тетушка, съ какой перемѣны, по моему, вамъ лучше было бы начать. Вамъ слѣдовало бы перемѣнить «есть» на «было», а «было» на «есть», да такъ и оставить.

— А для васъ это развѣ было бы лучше? Развѣ намъ не пришлось бы тогда мучиться вѣчно? — нѣжно возразилъ старикъ.

— Ахъ, правда, правда! — воскликнула миссъ Ренъ, снова передернувъ подбородкомъ. — Вотъ вы сейчасъ измѣнили меня и сдѣлали умнѣе. Но для этого, — прибавила она, блеснувъ глазами, — для этого вамъ незачѣмъ быть волшебницей.

Болтая такимъ образомъ, они перешли Вестминстерскій мостъ, миновали тѣ улицы, по которымъ недавно проходилъ Райя, и, снова перейдя Темзу по Лондонскому мосту, повернули внизъ по теченію рѣки и пошли дальше среди еще болѣе густого тумана.

По пути Дженни притянула своего друга къ ярко освѣщенному окну одной игрушечной лавки и сказала:

— Посмотрите-ка на нихъ: всѣ моей работы.

Это относилось къ кукламъ, стоявшимъ въ окнѣ лавки ослѣпительнымъ полукругомъ всѣхъ цвѣтовъ радуги и разодѣтыхъ на балъ, для представленія ко двору, для выѣзда въ открытомъ экипажѣ, для верховой ѣзды, для прогулки, подъ вѣнецъ, для прислуживанія другимъ кукламъ на свадьбѣ и для всѣхъ вообще радостныхъ событій въ человѣческой жизни.

— Прелесть! — воскликнулъ старикъ въ полномъ восторгѣ. — Дамы первый сортъ.

— Очень рада, что онѣ нравятся вамъ, — сказала съ гордостью миссъ Ренъ. — Но знаете, тетушка, самое интересное то, какъ я примѣриваю платья этимъ важнымъ дамамъ. И замѣтьте: это самая трудная часть моего ремесла. Она была бы трудна, даже если бъ у меня спина не болѣла и ноги были въ порядкѣ.

— Такъ какъ же это вы примѣриваете? — спросилъ Райя.