Настоящие монстры. Путь к убийству и его последствия

Шпрейцер начал всеми возможными способами отводить подозрения от Гехта и внезапно назвал новое имя. Это был еще один сотрудник их строительной фирмы, Эндрю Кокоралейс, с которым Шпрейцер был знаком через свою подругу, его сестру. Гехт подтвердил, что на него работает этот человек, и даже дал его адрес.

Следователи немедленно занялись Кокоралейсом. Сначала они просто позвонили ему, и он отвечал на вопросы крайне подозрительно. Потом выяснится, что Эндрю и его брат Томас употребляли психоактивные вещества и зачастую были не в себе. Полицейские решили доставить подозреваемого в участок и допросить с использованием полиграфа. Кокоралейс его, само собой, не прошел.

Затем в результате долгого допроса Эндрю рассказал и о своем брате, четвертом члене банды.

Тем временем пришли результаты расследования убийства Линды Саттон. Управляющий отелем Rip Van Winkle Hotel узнал Гехта и братьев Кокоралейс. Они снимали смежные номера. Кроме того, братья оставили свой домашний адрес для пересылки почты.

Пока Гехт делал вид, что не знает, чем занимались его сотрудники, они добавляли в общий список все больше жертв. Эндрю подробно описывал, как банда похищала девушек, а затем либо привозила их в мотель или домой к Гехту, либо они оставались прямо в фургоне. Там они неоднократно насиловали несчастных, резали бритвами и даже крышками от консервных банок, кололи ножами, отрезали груди и мастурбировали на них. Он в деталях описал убийство Сандры Делавер, как насиловал ее бутылкой из-под вина, засунув ей камень в рот, чтобы она не могла кричать. Полиция получила также информацию об убийствах Розы Бэк Дэвис и Лоррейн Боровски. Кокоралейс сказал, что они подъехали к Лоррейн, когда она шла по парковке. Предложили подвезти до дома, а когда она отказалась, братья выпрыгнули из фургона и затащили ее внутрь.

Они говорили и говорили и сами не заметили, как сознались не только в известных преступлениях, но и в тех, о которых полиция еще не имела понятия. Ими было описано более чем восемнадцать убийств. Члены банды с большим трудом называли имя Гехта. Они все считали его своим лидером и очень его боялись. Люди, совершившие столь жуткие преступления, тряслись от страха перед тем, кто (по его словам) никогда и пальцем не тронул ни одну женщину. Полиция не могла найти ни одного прямого доказательства его причастности и не могла понять, какой мотив был у четырех мужчин совершать такие отвратительные и изощренные убийства. Но вскоре Томас Кокоралейс дал ответ на этот вопрос. Их фирма была не простой строительной компанией. СМИ нарекли их «Чикагскими потрошителями»[72].

Культ

В 80-х годах на смену хиппующим и под галлюциногенами занимающимся любовью бродягам пришло другое контркультурное направление, намного более тревожное. Сатанизм и все, что с ним связано, прочно захватил умы подростков. Подростки подводили глаза черным, красили ногти, носили украшения с перевернутыми крестами и пентаграммами. Они читали мрачные книги о демонах, и некоторые даже пытались проводить сатанинские ритуалы, принося в жертву животных. В то время появилось множество оккультных сект и организаций типа «Церкви Сатаны». Это, в свою очередь, породило социальный феномен, известный как «сатанинская паника». Феномен состоял в истовой вере в существование некоего масштабного дьявольского заговора и призывах к борьбе с ним.

Сатанизм, а следом за ним и «сатанинская паника» очень быстро распространились по всей стране. И не последнюю роль в распространении сыграли телевидение и прочие средства массовой информации.

Если поначалу это движение не вызывало особого беспокойства и к нему относились примерно как к «эмо» в середине двухтысячных, то вскоре стало ясно, что некоторые слишком серьезно воспринимают всю эту сатанинскую идеологию.

История «Чикагских потрошителей» становилась все более зловещей с каждым новым допросом подозреваемых. Томас сказал, что Гехт обладает какой-то сверхъестественной силой, позволяющей ему влиять на других, и сила эта идет от дьявола. Затем он начал описывать чудовищные сатанинские ритуалы, которые они проводили на чердаке босса, пока его жена была на работе.

Там, под самой крышей, располагался алтарь, покрытый красной тканью, а на стенах было нарисовано шесть красно-черных перевернутых крестов. Члены банды собирались вокруг этого алтаря, и Гехт демонстрировал отрезанные груди. Иногда жертвы лежали тут же неподалеку. Иногда он доставал плоть из ящика (Эндрю однажды насчитал пятнадцать штук). Их предводитель читал отрывки из Библии, а остальные мастурбировали в отрезанную плоть. После этого Гехт отрезал несколько кусочков и раздавал своим последователям, чтобы они съели ее.

Томас признал свое участие в двух убийствах и более чем в десяти ритуалах.

– Ты просто должен это сделать, – отвечал Кокоралейс на вопросы пораженных детективов.

Награда за служение