Настоящие монстры. Путь к убийству и его последствия

На втором суде (по делу Лоррейн Боровски) он решил пойти на попятную и отказался от всех предыдущих признаний. В том числе он начал утверждать, что невиновен и в убийстве Дэвис. Он говорил на суде, что его под пытками заставили признаться. Кокоралейс уверял, что его обманывали, предлагая заведомо ложную сделку, и даже писали, что именно он должен сказать.

Конечно, слова убийцы и садиста и без того не были особо значимыми. Но справедливости ради был вызван полицейский, который присутствовал при одном из первых допросов обвиняемого, – детектив Уоррен Уилкош. Он сообщил суду, что когда подсудимому дали несколько фотографий, тот безошибочно указал на Лоррейн Боровски. «Это девушка, которую мы с Эдди Шпрейцером убили на кладбище», – сказал тогда Эндрю.

Такая наглость явно не пошла на пользу подсудимому. Присяжные поняли, что Кокоралейс совершенно не думает о чудовищности своего преступления, нисколько не раскаивается и вряд ли вообще когда-нибудь сделает это. Спустя несколько часов суд приговорил его к смертной казни через инъекцию за похищение, убийство, жестокое изнасилование и пытки Лоррейн Боровски. Конечно же, он продолжал все отрицать.

Затем потянулись годы подготовки апелляции. Он подал жалобу на государственного адвоката за его неэффективность, а его наемные адвокаты заявляли, что это преступление, как и в случае с Роуз Бэк Дэвис, заслуживает только пожизненного заключения. Они добились свидетельства тюремного капеллана о том, что заключенный может исправиться, отбывая пожизненный срок. Юристы пытались найти лазейку в Уголовном кодексе для подтверждения того, что в деле нет однозначного доказательства преднамеренности убийства. Все это продлилось пять лет, но в 1989 году Эндрю Кокоралейсу было отказано в замене приговора.

Однако он продолжил бороться за жизнь. Сменив адвокатов, Кокоралейс подал новую жалобу. Оказывается, тюремный психиатр незадолго до начала судебного заседания диагностировал у него «пограничное расстройство личности»[73] и даже признал, что подсудимый не способен предстать перед судом. Но адвокаты тогда это проигнорировали и не стали организовывать психиатрическое освидетельствование. Более того, по мнению защиты, судья тоже ошибся в процессе слушаний, потому что сам должен был назначить такую экспертизу, учитывая характер преступлений. Адвокаты заявили, что их подзащитный не контролировал себя во время убийств и был под сильным влиянием Гехта. Был поднят вопрос о невменяемости подсудимого во время совершения преступлений.

Но, изучив отчеты специалистов, обследовавших Эндрю, и опросив его знакомых, суд так и не смог найти ни одного подтверждения того, что Кокоралейс проявлял психические отклонения вне следствия. А ведь его возможное расстройство было бы достаточно серьезным обстоятельством для установления факта невменяемости. Это был большой отчет на более чем сорок страниц, в конце которого приговор был снова подтвержден. Кокоралейс отправился в камеру смертников до семнадцатого марта 1999 года.

В течение десяти лет в штате Иллинойс произошло множество изменений. В том числе сформировалось общественное движение, которое начало бороться с несправедливостью и ошибками правовой системы. Оказалось, что из-за недостаточно качественного расследования многие преступники, отсидевшие десятки лет, на самом деле были невиновны. Когда эта информация всплыла, общественность пришла в негодование, задаваясь вопросом о том, кто еще может отбывать срок несправедливо. Но страшнее всего было то, что кто-то мог быть казнен из-за ошибок системы. Прецедентов долго ждать не пришлось.

Сначала газета Chicago Tribune выпустила ряд разоблачений касательно дел двенадцати преступников, в результате чего их смертные приговоры были отменены. Технологии тоже не стояли на месте, и еще несколько человек, приговоренных к казни, и вовсе были оправданы с помощью ДНК-экспертизы. А затем случилось событие, которое послужило причиной для отмены смертной казни в штате Иллинойс.

Пятнадцатого августа 1982 года чернокожий мужчина по имени Энтони Портер сидел в парке, где произошло двойное убийство. Его тут же арестовали и приговорили к смертной казни. Его умственные способности (IQ 51) и материальное положение не позволили ему ни эффективно выступить в свою защиту, ни получить достаточно компетентного адвоката. В результате он был приговорен к смертной казни. Приговор должен был быть исполнен двадцать третьего сентября 1998 года. Однако в том же году группа студентов журфака Северо-Западного университета провела свое расследование, в результате которого получила признание в убийстве от некоего Альстори Саймона. Это признание и другие доказательства и улики их профессор и куратор предоставил суду и тем самым буквально за два дня до казни спас жизнь Портеру. В 1999 году тот был окончательно оправдан, а Саймон получил тридцать семь лет лишения свободы[74].