Национальная идея и адмирал Колчак

На организационном собрании кадетов в Томске 12 марта 1917 г. мнения разделились. Профессор Н. Н. Кравченко предлагал доверить вопрос компетенции ЦК партии, напомнив, что «основа партии – парламентаризм и принцип народовластия», т. е. содержание, а не форма власти. Но победили республиканские настроения с учетом настроений народа, обозначившихся в первые недели революции. М. П. Логиневский настоял на принятии предварительной резолюции на месте, до съезда партии и решения ЦК. По-революционному, открытым голосованием решение в пользу республики приняли подавляющим большинством в 160 голосов против 8 при 30 воздержавшихся.^[223] Логиневский обратился с открытым письмом «К Конституционно-демократической партии», в котором призывал к «демократической парламентарной республике», поскольку монархия «не найдет места в душе широкой народной массы».^[224] Немногочисленные сторонники монархии настояли на повторном собрании 17 марта и на избрании на съезд делегатов от всех трех течений (от приверженцев монархии – профессор В. Л. Малеев, от республиканцев – профессор Н. Н. Кравченко и адвокат И. А. Некрасов, от колеблющихся – профессор С. П. Мокринский).^[225]

14 марта за республику высказался третий из уцелевших до революции, Иркутский комитет кадетов. Докладчик Н. Н. Горчаков заявил, что партия «в душе была всегда партией республиканской».^[226] Его поддержали другие. Н. Кармазинский пошел дальше и заявил о необходимости коренной переработки партийной программы, которую назвал «пропавшей грамотой», с учетом произошедших в стране изменений (вскоре этот деятель перешел в партию эсеров).

Наконец, 25 марта 1917 г. VII съезд Партии народной свободы в Петрограде (проходивший с 25 по 28 марта) официально провозгласил лозунг республики. Новая редакция п. 13 Программы партии гласила: «Россия должна быть демократической и парламентарной республикой. Законодательная власть должна принадлежать народному представительству. Во главе исполнительной власти должен стоять президент республики, избираемый на определенный срок народным представительством (выделено мной – В. Х.) и управляющий через посредство ответственного перед народным представительством министерства».^[227] Позже это решение единогласно поддержали вновь образованные кадетские комитеты в Омске, Тюмени и Тобольске.^[228]

Ошибкой большинства кадетов было то, что падение авторитета в народе конкретных представителей монархии (Николая II и дома Романовых в целом) они приняли за готовность к демократической республике. На том же собрании кадетов в Томске М. П. Логиневский оптимистично заявлял, что «народ… подготовлен к республике», более того, что «народ всегда был республиканцем».^[229]

В вопросе о парламенте партийный съезд высказался за однопалатную систему (правда, окончательное обсуждение его было отложено) и за умеренно широкие полномочия президента, включая право формирования кабинета министров, который, однако, был бы одновременно ответственным и перед парламентом. Речь шла о республике смешанного парламентско-президентского типа, где президент к тому же избирается не всенародным голосованием, а депутатами парламента.

Будучи последователями исторической школы В. О. Ключевского, кадеты в большинстве своем отдавали предпочтение идеям государственности, единства Империи и выступали против двухпалатной системы, усложнявшей, по их мнению, конструкцию власти. В том же марте 1917 г. Временное правительство создало Юридическое совещание для разработки проекта конституции, из 8 членов которого 6 были кадетами (Ф. Ф. Кокошкин, В. А. Маклаков, В. Д. Набоков, Б. Э. Нольде, М. С. Аджемов и Н. И. Лазарев), включая председателя Ф. Ф. Кокошкина.^[230]

Кроме того, VII партийный съезд высказался за скорейший созыв Учредительного собрания на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании для выработки конституции и основ государственного строя России^[231] (после чего, по мысли его инициаторов, оно должно было быть распущено, уступив место новому, постоянному парламенту, как это было в годы Французской революции).

Поправку в этот вопрос внесла Сибирская областная конференция кадетской партии в начале мая 1917 г. По докладу томского профессора Н. Н. Кравченко в резолюцию была внесена оговорка: если Учредительное собрание примет закон о двухпалатном устройстве постоянного парламента, настаивать на формировании верхней палаты из представителей земств и городов.^[232]