Национальная идея и адмирал Колчак

Все либералы единодушно выступали за Временное правительство как единственный источник власти в стране до Учредительного собрания, против «двоевластия» с Советами. Красноярский военно-промышленный комитет в обращении к рабочим заявлял даже, вопреки действительности, что в правительстве отныне представлены «все трудящиеся классы».^[233] Бийская кадетская группа в воззвании к населению призывала всемерно поддержать правительство, говоря, что иначе «новорожденная свобода будет задушена, вся Россия вновь закована в кандалы».^[234] Кадеты разных регионов Сибири называли Временное правительство «единственным в настоящий момент законодателем и распорядителем земли Русской» (Барнаул), «верным слугой народа» (Тюмень), правительством «всенародного доверия» (Иркутск), выражали ему «глубокую признательность за революционные действия» (Омск).^[235]

Вот как популярно излагались в сжатой форме основные положения политической программы партии газетой омских кадетов «Сибирская речь»:

«Основные права граждан: равенство всех перед законом, свобода вероисповедания и слова, право устраивать публичные собрания, составлять союзы и общества, право петиций, неприкосновенность личности и жилища, свобода передвижения. Никто не может быть подвергнут преследованию иначе, как на основании закона и установленным судом. Всем населяющим государство народностям предоставляется право свободного культурного самоуправления.

Государственный строй: Россия должна быть демократической парламентарной республикой… Во главе исполнительной власти должен стоять президент республики, избираемый народным представительством… Народные представители избираются всеобщей, равной, прямой и тайной подачей голосов, без различия вероисповеданий, национальности и пола.^[236]

Местное самоуправление… должно быть распространено на все Российское государство…» и основано на тех же условиях, с правом образования земских союзов и расширением полномочий, помимо вопросов, во всех странах составляющих исключительную прерогативу центральной власти (подразумевались внешняя политика, оборона, госбезопасность и т. п.).

Народное просвещение должно быть децентрализовано, с обеспечением «свободы частной и общественной инициативы в открытии учебных заведений». Предусматривались «уничтожение всех стеснений при поступлении в школу, связанных с полом, происхождением и религией», «полная автономия и свобода преподавания в высших школах».^[237]

Вопрос о реформе избирательной системы был конкретизирован VIII съездом кадетской партии 9–12 мая 1917 г. в Петрограде. Съезд принял решение о выборах в Учредительное собрание по пропорциональной (а не мажоритарной) системе, а также о создании соединенного комитета членов Госдумы всех 4 созывов для обеспечения представительной поддержки правительству (до созыва Учредительного собрания). С учетом произошедших в стране перемен, съезд принял новую редакцию программы партии: в нее были внесены принятые VII и VIII съездами изменения по вопросам о власти и по национальному вопросу^[238] (см. ниже).

После Февраля уже ни одна партия не оспаривала лозунг всеобщего и равного избирательного права – один из краеугольных камней кадетской программы со дня основания партии. Дебаты развернулись по частным вопросам. Социалистические партии и особенно большевики отстаивали снижение возрастного ценза избирателей, будучи заинтересованы в поддержке радикальной молодежи. Кадеты, наоборот, выступали за сохранение высокого возрастного ценза, как необходимого для достижения гражданской зрелости. В итоге комиссия Временного правительства под председательством кадета Ф. Ф. Кокошкина разработала компромиссный проект, по которому возрастной ценз устанавливался в 20 лет для гражданского населения и 18 – для военнослужащих (изначально кадеты предлагали 21 год для всех). По проекту избирательных прав лишались дезертиры.^[239] Протест Советов вызвало демократичное предложение кадетов оставить избирательные права членам бывшей императорской фамилии Романовых, и они были вынуждены снять этот пункт.^[240]

В рамках демократизации государственного строя поднимались вопросы о децентрализации управления, и в частности – об автономии Сибири, давно муссировавшийся сибирскими областниками. Уже в начале марта 1917 г. они предложили созвать Сибирскую областную думу. Омский коалиционный комитет предложил схему ее организации: всеобщие, равные, прямые и тайные выборы, с обязательным представительством от крестьянского съезда и от коалиционных комитетов городов.^[241] Один из лидеров областников В. М. Крутовский торжественно заявил: «При обновленном строе Сибирь явится уже не штрафной колонией, а свободной равноправной частью Российской федерации».^[242]