Читаем Национальная идея и адмирал Колчак полностью

После Уфимского совещания и неудачного опыта коалиционной Директории предпринимательский класс опять же раньше кадетов бесповоротно выступил за диктатуру. Развивая первоначальные тезисы июньского совещания во изменение компромиссных решений июльского съезда, октябрьский торгово-промышленный съезд в Уфе вынес программную резолюцию, гласившую: «Вся власть военная и гражданская до Учредительного собрания нового созыва (выделено мной – В. Х.) вручается Верховному главнокомандующему, ответственному перед этим Учредительным собранием». Для расширения пределов его власти предполагалось, что «министерства военное и морское, а также государственный контроль над общегосударственными и местными финансами находятся в исключительном единоличном ведении Верховного главнокомандующего… Министр, коему поручено образование кабинета, предлагает список членов Совета министров на утверждение Верховного главнокомандующего… Совет министров ответствен перед Верховным главнокомандующим… Совет министров издает законодательные меры общегосударственного характера, предварительно испросив утверждение Верховного главнокомандующего».[528] Аналогичный порядок работы определялся и для местных органов власти. Знаменательным стало выступление на съезде лидера помещичье-реформистского «Союза сельских хозяев» князя А. А. Кропоткина, под аплодисменты зала заявившего: «Мы видели у власти все партии, но они только губили Россию. Для того чтобы сохранить Россию, нужна сильная власть с каменным сердцем и твердым разумом. Так как Россия воюет, так как фронт раскинут по всей России, не может быть в ней двух властей, должна быть единая власть – военная».[529]

Историки давно обратили внимание, что активную социальную базу в поддержку диктатуры составляли беженцы, в основном – из числа интеллигенции, в большом числе стекавшиеся в Сибирь после падения советской власти.[530]

Из идеи единоличной власти вытекало требование изменений самих функций правительства. Оно неизбежно должно было превратиться из политического центра государства в рабочий орган административно-хозяйственного управления при диктаторе.

Не менее последовательно кадеты выступали против любых попыток децентрализации местного управления – против Сибирской областной думы и даже против расширения прав земств и городов, считая это несвоевременным в обстановке Гражданской войны. Об этом как о само собой разумеющемся говорили даже относительно умеренные иркутские кадеты в городской думе.[531]

Более подробно на этом вопросе остановился Национальный союз, с первых дней обозначивший в своей программе третьим пунктом пересмотр закона Временного правительства 1917 г. о выборах в земства и городские думы на условиях: «а) отказа от партийных списков с заменой на состязание персональных кандидатов, б) восстановления высокого возрастного ценза (25 лет) и 3-летнего ценза оседлости для исключения из списков «бродячего элемента».[532]

В этом с ним были практически единодушны предприниматели. Июньское совещание представителей торговли и промышленности выступило за возрождение городского самоуправления на началах, принятых Временным правительством, но со старым 25-летним возрастным цензом избирателей.[533] Последовавший июльский съезд в этом вопросе (в отличие от вопроса о диктатуре), наоборот, пошел дальше и призвал отменить избирательный закон Временного правительства как «несостоятельный», проникнутый «ложно понятым демократизмом», что усматривалось, в частности, в допуске к избирательным урнам солдат и прочей приезжей публики, не имевшей связи с местным населением и его нуждами. Вместо этого предлагались: возврат к цензу оседлости (не менее двух лет), 25-летнему возрастному цензу и замена пропорциональных выборов мажоритарными. На этих условиях предлагалось устроить досрочные перевыборы земств и городских дум.[534] Кроме того, предпринимательский съезд, в такт кадетам, находил излишним созыв Сибирской областной думы и предлагал отложить возбужденный областниками вопрос о созыве Сибирского Учредительного собрания до созыва нового всероссийского Учредительного собрания.[535]

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.
100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг.

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии»Первая книга проекта «Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917–1941 гг.» была посвящена довоенному периоду. Настоящая книга является второй в упомянутом проекте и охватывает период жизни и деятельности Л.П, Берия с 22.06.1941 г. по 26.06.1953 г.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
14-я танковая дивизия. 1940-1945
14-я танковая дивизия. 1940-1945

История 14-й танковой дивизии вермахта написана ее ветераном Рольфом Грамсом, бывшим командиром 64-го мотоциклетного батальона, входившего в состав дивизии.14-я танковая дивизия была сформирована в Дрездене 15 августа 1940 г. Боевое крещение получила во время похода в Югославию в апреле 1941 г. Затем она была переброшена в Польшу и участвовала во вторжении в Советский Союз. Дивизия с боями прошла от Буга до Дона, завершив кампанию 1941 г. на рубежах знаменитого Миус-фронта. В 1942 г. 14-я танковая дивизия приняла активное участие в летнем наступлении вермахта на южном участке Восточного фронта и в Сталинградской битве. В составе 51-го армейского корпуса 6-й армии она вела ожесточенные бои в Сталинграде, попала в окружение и в январе 1943 г. прекратила свое существование вместе со всеми войсками фельдмаршала Паулюса. Командир 14-й танковой дивизии генерал-майор Латтман и большинство его подчиненных попали в плен.Летом 1943 г. во Франции дивизия была сформирована вторично. В нее были включены и те подразделения «старой» 14-й танковой дивизии, которые сумели избежать гибели в Сталинградском котле. Соединение вскоре снова перебросили на Украину, где оно вело бои в районе Кривого Рога, Кировограда и Черкасс. Неся тяжелые потери, дивизия отступила в Молдавию, а затем в Румынию. Последовательно вырвавшись из нескольких советских котлов, летом 1944 г. дивизия была переброшена в Курляндию на помощь группе армий «Север». Она приняла самое активное участие во всех шести Курляндских сражениях, получив заслуженное прозвище «Курляндская пожарная команда». Весной 1945 г. некоторые подразделения дивизии были эвакуированы морем в Германию, но главные ее силы попали в советский плен. На этом закончилась история одной из наиболее боеспособных танковых дивизий вермахта.Книга основана на широком документальном материале и воспоминаниях бывших сослуживцев автора.

Рольф Грамс

Биографии и Мемуары / Военная история / Образование и наука / Документальное