Нацистская оккупация и национальный вопрос

Эффективность германской национальной политики в первый период Великой Отечественной войны была достаточно высокой. Оккупационные власти смогли добиться роста национальной розни на захваченной территории СССР. В то же время реализация германской политики имела недостатки, которые снизили ее общую эффективность: прежде всего это унизительное и агрессивное отношение к местному населению и нереализованные надежды населения на предоставление независимости или автономии. Одной из главных неудач германской политики стала неспособность мобилизовать на свою сторону несоветские национально ориентированные круги. Эффективность религиозной политики была высокой в первые месяцы оккупации, когда «религиозное возрождение» получило одобрение со стороны населения оккупированной территории. Германские власти смогли инициировать раскол православия на Украине и в Белоруссии. Однако впоследствии произошло снижение эффективности политики, в том числе из-за враждебного отношения оккупантов к духовенству и верующим. Эффективность германской политики в сфере военного коллаборационизма в первый период войны оценить сложно. Очевидно, что значительная часть «гражданских», вступивших в коллаборационистские формирования, сделала это из корыстных интересов, а также ввиду уверенности в крахе СССР. Бóльшая часть военнопленных, согласившихся пойти на службу в «восточные формирования», «легионы» и пр., была вынуждена сделать это из-за невыносимых условий пребывания в германских лагерях.

Самым большим препятствием для реализации германской политики стали не ее недостатки, а «просоветский» настрой основной массы русского, украинского (Центральная и Восточная Украина) и белорусского (Центральная и Восточная Белоруссия) населения, особенно выраженный среди молодежи и лиц среднего возраста. Этот настрой, а также рост недовольства германской политикой среди населения оккупированной территории были использованы и развиты советской пропагандой. Одним из наиболее показательных результатов политики СССР было развитие уже в первый период войны советского партизанского движения. Хотя часть партизанских отрядов была организована еще до оккупации или заброшена с «Большой земли», многие из них возникли стихийно. Эффективность советской религиозной политики была достаточно высокой. Распространение информации о прекращении гонений на религию и патриотические призывы конфессий оказали значительное воздействие на настроения православного населения оккупированной территории.

Во второй период войны эффективность политики СССР существенно возросла. Население стало больше доверять советской пропаганде ввиду ее перестройки на «национальные рельсы», а также из-за перелома в войне, который на практике доказал способность советской политики мобилизовать народ на борьбу с нацистской Германией. Эффективность религиозной политики была высокой. Существенное воздействие на положение в религиозной сфере оказал перелом в отношениях между Советским государством и РПЦ и, как следствие, – с другими конфессиями. В результате совместных действий советских пропагандистов и иерархов Церкви с 1943 г. доля сторонников Московской патриархии среди клира оккупированных регионов страны постоянно росла.

Во второй период войны на оккупированной территории СССР произошло существенное снижение эффективности германской национальной политики. Оккупационные власти не хотели и не могли предоставить народам СССР реальное самоуправление, полностью пресечь шовинистическое отношение к ним, умерить экономическую эксплуатацию, прекратить карательные акции, грабежи, принудительную мобилизацию в военные формирования и угон в Германию «на работу». Эффективность религиозной политики во второй период войны существенно снизилась. Этому способствовали эскалация религиозного кризиса, неприятие православным населением попыток использовать Церковь для ведения антисоветской и антирусской пропаганды, а также оскорбительное отношение германских военнослужащих к священникам и верующим, святотатство по отношению к храмам и иконам. Эффективность использования национального фактора в реализации нацистской программы расширения военного коллаборационизма была невысокой. На территории России, Белоруссии, Центральной и Восточной Украины мобилизация была в значительной степени принудительной. В Прибалтике, где часть населения была готова к борьбе против СССР, эффективность мобилизации тем не менее тоже была невысокой. Значительная часть вооруженных формирований, созданных оккупантами из представителей народов Советского Союза, показала низкую боеспособность, склонность к дезертирству и переходу на сторону партизан и Красной армии. Этому способствовали как принудительность мобилизации, так и коренной перелом в войне.