В какой-то момент в процессе работы над докторской диссертацией я решил, что благоразумнее будет воздерживаться от «выпивки», и, оказываясь в пабе, просил «газировку с лаймом». Мои полевые заметки резко улучшились, однако несколько ухудшились социальные связи. Основные информанты, привыкшие делиться со мной в пабах всем, что знали, просто озадачились, почему я перестал выпивать, и мои мотивы вызвали у них подозрение. Мне нравится мысль, что в интересах науки мне пришлось вернуться к пиву после трехмесячного воздержания, вслед за чем отношения, оказавшиеся под угрозой, быстро восстановились{523}.
Понятное дело, в окружении людей, которые мысленно разоружаются, отключая свою префронтальную кору, тот, кто потягивает газировку с лаймом, может оказаться за бортом. В примере из «Игры престолов», который был приведен ранее, лорд Болтон воздерживается от выпивки, поскольку поддерживает свою префронтальную кору в полной работоспособности, чтобы иметь возможность руководить предательским и жестоким умерщвлением хмельных гостей. Представим, однако, что он хотел остаться трезвым только для того, чтобы вести разборчивые записи для исследования и дописать диссертацию. Что он бывший алкоголик, мусульманин или мормон, ответственный водитель или родитель-одиночка, которому нужно будет проснуться рано утром с ясной головой, чтобы отвезти детей в школу.
Полезный текст Кары Солес, менеджера сообщества высокотехнологичной компании из Портленда, посвященный роли алкоголя в этой отрасли, описывает проблемы инклюзивности, возникающие, если корпоративная культура проникнута алкоголем. Этот фрагмент заслуживает, чтобы его подробно процитировали: