Навеселе. Как люди хотели устроить пьянку, а построили цивилизацию

Например, немного найдется организаций, менее ориентированных на результат, чем спецподразделения ВМС США. Поэтому стоит отметить, что командиры «морских котиков» считают полезным в редких случаях включать в тренировочный процесс большие количества алкоголя для укрепления командного духа своих подчиненных. Как пишут в своей книге «Похищая огонь» (Stealing Fire)[32] Джейми Уил и Стивен Котлер, создатель отряда «морских котиков» Ричард Марсинко снимает напряжение, накопившееся в ходе изнурительных тренировок в учебном лагере, «проверенным временем методом единения – пьянкой». Авторы отмечают: «Перед отбытием к месту дислокации он вел свою команду в местный бар в Вирджиния-Бич надраться напоследок. Если между бойцами еще оставались какие-то подавляемые трения, то после нескольких рюмок они неизбежно проявлялись. Хотя наутро люди маялись головной болью, теперь они были искренни друг с другом и готовы функционировать как единое целое»{411}. Убежденность, что полезно время от времени «надраться», перекликается с данными исследования студентов колледжа: те из них, кто иногда напивается в стельку, имеют более крепкие социальные узы, если судить по большей близости и откровенности с друзьями и возлюбленными, чем студенты, либо пьющие умеренно, либо постоянно перебирающие. По замечанию авторов: «Похоже, данные результаты хорошо описываются наблюдением Дизраэли – „даже в избытке есть своя умеренность“»{412}.

Пожалуй, самая масштабная пьянка, которую только можно себе представить, – это ежегодный фестиваль Burning Man, проходящий в течение целой недели в пустыне Блэк-Рок в западной Неваде. Для современного человека Burning Man – наверное, наибольшее приближение к дионисийским оргиям, волнующее и клокочущее смешение жары и пыли, искусства и секса, музыки и танца, причудливых транспортных средств и немыслимых нарядов, общественной активности и экспериментов с совместным проживанием, и все это питается ошеломляющими количествами алкоголя, психоделиков и стимуляторов и обостряется отчаянным недосыпом. По замечанию социолога Фреда Тернера, поездка на Burning Man стала чем-то вроде ритуала посвящения для работников высокотехнологических компаний Кремниевой долины. В 1999 г. основатели Google Ларри Пейдж и Сергей Брин разместили логотип Burning Man на домашней странице Google, желая сообщить миру, что едут на фестиваль (как и многие их сотрудники), и говорят даже, что генерального директора Эрика Шмидта наняли потому, что он тоже «зажигал»[33]. Коллективное переживание ярчайших впечатлений и физического дискомфорта на Burning Man считают в Кремниевой долине способом достижения внутренней целостности и культуры. По словам Тернера:

Ларри Харви [один из организаторов первого фестиваля Burning Man в Сан-Франциско] объяснял, что мир за пределами Блэк-Рок-Сити «основывается на разделении людей для того, чтобы что-то им продать». По его словам, участникам Burning Man предстоит столкнуться с «непосредственностью» искусства, а через нее и с экстатическим переживанием общности. Он был убежден, что в этом отношении Burning Man подарит своим участникам чувство «приподнятости», которое, как давным-давно утверждал Дюркгейм, лежит в основе религиозного чувства. Собранные в пустыне, участники фестиваля могут испытать электризующее ощущение личного и коллективного перерождения{413}.

Некоторые компании даже попытались создать уменьшенные версии Burning Man на своих выездных семинарах в стремлении к тому же чувству «группового потока». «Гендиректор одной маленькой [технологичной] компании, – сообщает Эмма Хоган, – рассказывает, как однажды на выездном мероприятии все сотрудники его компании употребили волшебные грибы. Это позволило им „свалить барьеры, обычно имеющиеся в офисе“, и сблизиться „сердцем к сердцу“, помогло создать „культуру“ компании»{414}.