Не мир, но меч! Русский лазутчик в Золотой Орде

Население города не было постоянным и колебалось от 30 до 70 тысяч в зависимости от времени года и состояния мира или войны на прилегающих территориях. Сами генуэзцы являли собою лишь правящую верхушку города-полиса, количеством в 1–2 тысячи. В основном там жили греки, армяне, русские, татары, евреи. Но большинство было бесправным, во всем и всегда исполняя волю меньшинства. При известии о приближающемся татарском войске выбор был прост: либо немедленно уходи, либо будь готов идти на стены и защищать тот участок стены, что тебе укажет начальствующий генуэзец.

О факторе внезапности со стороны нукеров Джанибека не могло быть и речи. О грядущей войне было сказано венецианским и генуэзским послам, об этом кричали муэдзины, моля Аллаха о победе над неверными. Ради участия в этой войне производился широкий набор всех желающих в «русский тумен». Перспектива отбыть в нем пять лет, разжиться добром в войне против богатых генуэзцев и вернуться на исконную родину обеспечила неплохой набор. Жаль вот только, что добровольцы порою забывали простую вещь: наемник должен уметь не только грабить, но и хорошо владеть оружием…

Андрей прекрасно понимал, что за воинство встает под его знамена. Он, как мог, пытался обучить бывших ратаев и строителей, пастухов и погонщиков скота владеть саблей, метать стрелы и держать строй. Иван смог сделать из племянника неплохого сметливого воина, и Андрей на рати стоил иного десятка воев. Но здесь, в этой толчее, хаосе и неустройстве…

Он пытался было призвать на помощь брата. Попросить у него хоть на месяц-другой пару сотен опытных нукеров в качестве наставников, но у Кадана была своя служба и свои проблемы. Молодой темник лишь недоуменно пожал плечами:

— Зачем ты так хлопочешь, Андрей? Они ведь сами пришли под твой бунчук, никто их силой не тащил. Все время при штурме крепостей вперед гнали любую толпу, на которую враг будет тратить свои силы, стрелы, подставляясь сам под прицел опытных лучников. Великий хан прав: зачем терять настоящих багатуров, когда можно для этого использовать дураков. Те, кто выживут, научатся воевать сами. Вместо павших ты всегда сможешь найти других. В крайнем случае заставишь этих гнать перед собою пленных, пусть те льют первую кровь!..

Могул Буги не торопился с перемещением войск. Большой ордою двигались тумены, сопровождаемые табунами скота, многочисленными повозками, неторопливо ползли осадные машины. Лишь к июню 1345 года татары достигли Кафы. Дож Генуи Симонэ Бокканичро к этому времени успел переправить в черноморский город несколько тысяч опытных солдат и эскадру галер под командой капитана Марко Морозини.

Громадной шумной полуподковой раскинулся татарский лагерь. Во все стороны были разосланы мелкие отряды для добычи пропитания, отлова населения, не успевшего укрыться за каменной твердыней. С длинными жердями для изготовления лестниц возникла проблема, которую не слишком-то одаренный полководец решил просто: будем ломать ворота. Потому первый приступ был направлен против двух воротных башен и отрезка стены между ними.

Тяжелый таран с окованным железом концом медленно вполз в гору, влекомый десятком быков и толкаемый руками пленных. Генуэзцы молчали до поры до времени, лишь отдельные арбалетные стрелы чертили ясный утренний воздух, впиваясь то в тело, то в землю. В ответ летели сотни стрел, длинные ряды татар следовали за таранами, прицельным огнем сгоняя генуэзцев с открытых участков стен. Вот мощные деревянные повозки достигли ворот, вот под колеса подложены камни, чтобы избежать отката осадных орудий назад. Вот под ритмичные крики бревно зашевелилось и начало двигаться туда-сюда. Первый удар в железные створки ворот… и первое ядро пропело в широком канале свою песню, беря смертельный разгон. Каменная громада пала на людей, давя и разбрызгивая их, и устремилась под гору. Лучники шарахнулись в стороны, но в тесноте строя не все смогли уклониться от каменного шара. Дикое конское ржание, вопли раздавленных, округлившиеся от ужаса глаза. Брошенное бревно тем временем продолжало раскачиваться само по себе, и скрип ременной подвески явственно слышался за десятки метров в минутной тишине боя…

На вторых воротах каменное противодействие было еще более успешным. Ядро угодило в середину еще наезжающего тарана, повозка опрокинулась на бок. Два последующих превратили осадное орудие в кучу дров. Ликующие крики генуэзцев были слышны далеко вокруг.

Могул Буги наблюдал за началом приступа с пригорка. Нетерпеливым жестом подозвал к себе Андрея.

— Чего медлишь? Бери своих и на стены! Один хороший приступ, и я разрешу тебе грабить этот город первым.

Русич лишь одарил беглербека многозначительным взглядом, ничего не сказав в ответ. Пришпорил коня и подлетел к своим развернутым сотням.