Не заставляйте доедать! Психология здорового питания для детей и родителей

ВИКТОРИЯ, ЭВЕРИ И САХАР

Виктория — мать шестилетней девочки по имени Эвери. Она обратилась ко мне (Самнер), беспокоясь по поводу того, что ее дочь любит сладкое. Виктория рассказала о том, что ее тревожит. Она читала статьи о сахарной зависимости и расстройствах пищевого поведения. Эвери по утрам часто просит шоколад на завтрак и вафли в сиропе вместо обеда. Если у девочки есть выбор, она всегда останавливается на сладком — печенье или конфетах. В ходе беседы я старалась не делать поспешных выводов, а побольше узнать о жизни девочки. Оказалось, что у Эвери не было ни проблем с ростом, ни недостатка в продуктах питания, ни проблем со сном, ни нехватки энергии. На самом деле девочка была очень энергичной и в целом соответствовала представлениям о «нормальном» ребенке: хорошо ладила с друзьями, порой баловалась, прилежно училась и проявляла признаки автономии и независимости, типичные для шестилетнего ребенка. Продолжая задавать вопросы, я выяснила, что Эвери ела не только сладкое, хотя ее пищевые предпочтения были ограничены и она не стремилась пробовать новую еду. Ее любимыми продуктами были: рисовые хлопья, ягоды, макароны, рис, картофель фри, курица, лосось, спагетти, морковь, молоко, йогурт, паста из семян подсолнечника, хлеб, маффины, яблоки, чипсы, попкорн и крекеры.

В ходе нескольких дальнейших сеансов стало понятно, что причины тревоги Виктории никак не связаны с дочерью. Она считала себя плохой матерью и стыдилась этого, а также копила внутри страхи, переживая по поводу питания Эвери. Виктория рассказала, что в детстве мать на нее орала, стоило девочке попросить вторую порцию десерта или конфеты. Она помнила, что мама и бабушка постоянно негативно отзывались о своих телах, а мать Виктории использовала для его описания такие слова, как «отвращение» и «обвисший живот» (спустя долгое время после родов). Женщина помнит, что весы, стоящие в ванной, занимали важное место в жизни обоих ее родителей. У Виктории навернулись слезы на глаза, когда она вспомнила, что мама никогда не плавала вместе с ней летом, потому что не хотела, чтобы кто-то увидел ее в купальнике. Женщине было больно вспоминать, какое отношение к еде и собственному телу ей внушали. И эти воспоминания бессознательно проявлялись каждый раз, когда Эвери просила что-нибудь сладкое. Появлялись тревога, страх и стыд, и они влияли на взаимоотношения матери с дочерью. Виктория также призналась, что постоянно слышит внутренний голос, который внушает ей, что она плохая мать, раз ее дочь питается нездоровой пищей. После совместной работы над проблемой женщина осознала ее и начала залечивать раны своего внутреннего ребенка. Когда Виктория смогла осознать, что Эвери чувствует себя хорошо, питается разнообразно и проявляет весьма типичные пищевые предпочтения для своего возраста, она смогла расслабиться и не акцентировать внимание на том, что дочка просит что-нибудь сладкое. Со временем Виктория смогла поверить в то, что, если она будет продолжать предлагать дочери сбалансированное питание и не стыдить девочку, та будет есть разные продукты и хорошо себя при этом чувствовать. В процессе работы над собой женщина поняла, какое это счастье — не заставлять дочь погружаться в ту же пучину вины и стыда, в которой оказалась она сама в процессе взросления.