Неизвестный Рузвельт. Нужен новый курс!

Президент США в эти критические для Англии месяцы негласно распоряжался на Британских островах как главнокомандующий, руководящий издалека гарнизоном своей осажденной крепости. Он укреплял ее бастионы и не забывал о мерах продолжения сопротивления врагу на случай ее сдачи. Посему заблаговременно вывозилось в США все то, что могло бы укрепить мощь Германии. Англия добилась значительных по тем временам успехов в области атомных исследований, радиолокации, реактивных двигателей, химического оружия, средств противолодочной обороны и многого другого. Документация в оригинале или дубликатах, образцы, описание технологии и пр. летом 1940 года были доставлены в США, где могло быть налажено массовое производство надлежащей боевой техники. «Самый ценный груз, когда-либо прибывавший на наши берега», – заключило американское управление исследований и разработок, а газеты по обе стороны Атлантики умилялись великодушию США, принявших 32 тыс. детей из Англии, эвакуированных из-под германских бомб.

Под контролем президента оставалась работа над немецкими шифровальными машинами в Блэчли. Он распорядился направить английским и американским криптографам в Блэчли первые американские компьютеры. К осени 1940 года оказалось возможным дешифровать некоторые немецкие телеграммы, в США наметились сдвиги в овладении тайной японских шифров. Рузвельт и Черчилль постепенно узнавали из этих источников самые сокровенные тайны держав фашистской «оси». Дешифрованные немецкие материалы под грифом «ультра» докладывались практически только английскому премьер-министру и американскому президенту. Это усугубляло личный характер политики, проводившейся главами США и Англии. О принятии решений правительствами по коренным проблемам войны, а тем более «демократическом» правлении не могло быть и речи.

26 мая Рузвельт публично предупредил: «Мы знаем новые методы нападения. Троянский конь… Техника проста. Сначала сеются раздоры. Некая небольшая группа, может быть местная, расовая или политическая, поощряется использовать предрассудки фальшивыми лозунгами и эмоциональными призывами. Цель делающих ставку на такие группы – создать сумятицу, общественную нерешительность, политический паралич и в конечном счете панику. Здравую национальную политику начинают рассматривать с новым и необоснованным скептицизмом… Государственное единство может быть настолько подорвано, что страна утратит свою мощь». Как парировать эту угрозу?

Еще 6 сентября 1939 г. Рузвельт приказал, чтобы любая информация о «шпионаже, контршпионаже, саботаже, подрывной работе» передавалась ФБР. То было «единственное публичное признание в военные годы, что ФБР уполномочено вести сыскную работу». Эта директива вплоть до 1973 года служила основанием для ведения ФБР политического сыска19.

В мае 1940 года Рузвельт распорядился, вопреки решениям Верховного суда, широко практиковать подслушивание разговоров по телефону и в помещениях, вскрывать письма тех, кто считался подозрительным. Сотни лиц, поддержавших Ч. Линдберга, становятся объектами расследования ФБР. Все в интересах борьбы с агентурой держав фашистской «оси». Правильно. Только в поле зрения политического сыска попадали все, кто не был в восторге от американской системы правления. Даже консервативный биограф Рузвельта заметил в 1979 году: «Сомнительно, что он должным образом сдерживал себя, санкционируя нарушение ФБР гражданских и политических прав»20. В июне 1940 года вошел в силу закон о регистрации иностранцев (закон Смита). Диспозиция статей, определявших состав преступления – устная или письменная агитация «за свержение правительства силой», – такова, что можно без труда привлечь к ответственности даже за деяния, не содержавшие умысла, который не нужно доказывать. Санкции по закону Смита устанавливались суровые – до 10 лет тюрьмы и 10 тыс. долл. штрафа. Введенный в ответ на фашистскую угрозу закон Смита применялся в послевоенные годы только против коммунистов. Внесенными в уголовный кодекс США положениями закона Смита по сей день устрашаются инакомыслящие в этой стране.

V

Итак, Франклин Д. Рузвельт энергично взялся крепить фронт – Британские острова и тыл – Соединенные Штаты. Хотя он допускал худшее – вторжение вермахта через Ла-Манш, стратегический замысел ФДР сводился к тому, чтобы повернуть гитлеровское нашествие в другую сторону. Он верил, что, если в Берлине взвесят трудности вторжения на Британские острова, Германия откажется от него и, следовательно, обратится к выполнению главной декларированной цели гитлеровского руководства – походу на Восток, против Советского Союза.