Неизвестный Рузвельт. Нужен новый курс!

17 августа в Вашингтоне ФДР пригласил японского посла Номуру и предупредил его, что, если Япония попытается установить свое господство над другими странами с помощью силы, США примут меры для защиты своих «законных прав и интересов». Он согласился встретиться в середине октября с Коноэ на Аляске, однако в качестве предварительного условия президент просил японское правительство «любезно сообщить более ясно, чем до сих пор, о своей нынешней позиции и интересах».

XIII

Пока Рузвельт занимался возвышенной риторикой на борту военных кораблей в Арджентии, конгресс продемонстрировал свои возможности. Закон о воинской повинности был продлен палатой представителей 12 августа большинством всего в один голос: 203 против 202. Логика противников продления закона была ясна. С началом германо-советской войны, замечает профессор Д. Перкинс, «опасность Соединенным Штатам была устранена. Почему бы двум тоталитарным колоссам не уничтожить друг друга? Разве не самый выигрышный исход – ослабленная Германия и ослабленный Кремль? То, что эта аргументация разделялась значительным количеством людей, показали действия конгресса при продлении срока службы»63. Английский министр Бивербрук заметил сенатору Ванденбергу: «Гитлер не пугал нас больше, чем ваша палата представителей, когда в ней было собрано 203 голоса против 202 за продление закона о воинской повинности».

Дабы пресечь эти настроения, ФДР поторопился показать – опасность на пороге. Еще 7 июля американские войска высадились в Исландии, и с тех пор военные корабли США постоянно курсировали в северо-западной Атлантике. 4 сентября германская подводная лодка выпустила пару торпед по американскому эсминцу «Гриер», а эсминец сбросил на нее глубинные бомбы. Обстоятельства инцидента были неясны.

Командование флота доложило – нет доказательств, что на подводной лодке знали национальную принадлежность эсминца. Рузвельт поручил подготовить по поводу стычки горячую речь, которую наметил на 8 сентября.

7 сентября в Гайд-парке скончалась мать Ф. Рузвельта. Советники предложили ему передоверить речь Хэллу. Рузвельт счел достаточным трехдневный траур и уже 11 сентября был перед микрофоном.

Президент со всем своим авторитетом настаивал: немецкие подводники «безусловно» знали, что атакуют американский корабль. Речь идет не об изолированном инциденте, убеждал он, а о части гитлеровского плана установить контроль на море: «Когда вы видите гремучую змею, вы не ожидаете укуса, а убиваете ее. Нацистские подводные лодки и рейдеры – гремучие змеи в Атлантике… Отныне, если германские и итальянские военные суда входят в воды, которые необходимы для американской обороны, они делают это на свой страх и риск». Американские корабли стали официально конвоировать английские суда западнее 26° з. д., получив приказ атаковать без предупреждения64.

Нацистская печать разразилась истерической бранью в адрес Рузвельта. Отныне его имя в германских газетах обычно упоминалось с эпитетом «поджигатель войны номер один». Однако нацисты не вышли за рамки пропаганды. 17 сентября адмирал Редер обратился к Гитлеру с просьбой разрешить ответные меры, фюрер запретил, разъяснив: «Поскольку, по-видимому, в конце сентября обозначится решительный поворот в русской кампании, следует избегать инцидентов с торговыми судами до середины октября». Героическая борьба советского народа испепелила надежды гитлеровского руководства. «Поворота» не последовало ни в сентябре, ни позднее. Запрещение германским подводным лодкам нападать на американские суда осталось в силе.

Инциденты все же продолжались. 17 октября американский эсминец «Керни», атаковавший германскую подводную лодку, был торпедирован. Погибло 11 моряков. 31 октября потоплен эсминец «Рубен Джеймс», с ним пошли ко дну 115 человек экипажа из 145 человек. «На Америку напали, – внушительно сказал президент 27 октября, в День флота. – Мы хотели избежать стрельбы, но она началась. И история зафиксировала, кто первым выстрелил». Крепко отчитав нацистов за их захватнические планы в Западном полушарии, Рузвельт сообщил: «Наши торговые суда должны быть вооружены, чтобы защищаться против гремучих змей в Атлантике. Они должны иметь право доставлять американские товары в порты наших друзей. Наш флот должен защищать наши торговые суда».

Тем, кто считал, что США следует остаться в стороне от войны между Германией и СССР, Рузвельт напомнил: «Позавчера один сенатор попросил государственного секретаря США обосновать, почему мы должны оказывать помощь России. Ему ответили: «Это зависит от того, насколько данный человек желает остановить и обратить вспять поход Гитлера к мировому господству. Если он хочет сокрушить Гитлера, ему безразлично, кто помогает ему в этом».