Ненастоящий мужчина

Рабы, чужеземцы и вольноотпущенники в это время де–юре оставались подчинёнными ассирийцев. Однако де–факто получили в свои руки средства производства, землю, оружие. Переняли у своих господ навыки передового управления страной, экономикой, армией. И когда умер Ашшурбанипал — единственный цементирующий элемент изнеженного общества — страна покатилась в пропасть. На Ассирию тут же накинулись враги. Их внутри страны поддержало иноземное большинство, а изнеженные, женоподобные ассирийцы даже не сумели дать отпор. Их было слишком мало, и они разучились работать и воевать. Ассирия погибла. Сильный поддался соблазну избыточного потребления, праздности, отказался от своей природной функции, ослабел и погиб. Слабый перенял опыт, окреп, обрёл силу, волю к борьбе и победил. Естественный отбор действует и в масштабах народов. Но стало ли от этого легче ассирийцам?

Второй пример — Древний Рим. Его история очень похожа на ассирийскую, но гораздо лучше задокументирована и потому исследована нашими современниками. Всем известно победоносное шествие римских легионов по античной Европе, Азии и Африке, но мало кто пытается разобраться в причинах, которые привели к упадку империи. Указывают на слишком большую территорию, которую трудно защищать, на варварские орды, которые смяли Рим, на кризис экономики, основанной на рабовладении, и на другие причины. Это всё справедливо. Но почему эти проблемы, возникавшие в империи и раньше, вдруг привели к фатальному исходу? Например, территориальная причина выглядит сомнительной, поскольку численность населения (римлян) тоже возрастает. За счёт этого механизма русские люди покоряли огромные территории европейского севера, Сибири и удерживали их, а англичане и испанцы основали гигантские империи на нескольких материках. Варварские орды тоже не выдерживают критики как самостоятельная причина падения империи — страна выдерживала вражеские нашествия и раньше. Например, разрушительный поход галлов в 380 г. до н. э. и поход Ганнибала 211 г. до н. э. Во время галльского нашествия Рим не владел и десятой доли тех богатств, не имел и пятой части той армии, которые имел во время нападения Атиллы или Одоакра. Однако после галлов страна отряхнулась и продолжила расти и богатеть, а после похода Атиллы агонизировала, лежала в руинах и дожидалась войск Одоакра, которые окончательно прикончили её. Причины очевидны.

1. Численность римского населения снижалась — депопуляция. Она возникает только тогда, когда рождаемость ниже смертности. Причём дело именно в снижении рождаемости, а не в повышении смертности. Военные потери римлян были ниже потерь варваров из–за отменной тактики, стратегии и выучки. Медицина в империи однозначно превосходила таковую в германских лесах. Однако численность римлян уменьшалась, а численность варваров росла. Именно это, а не длинные границы и обширные территории (которые можно было бы заселить при нормальной демографической ситуации) обусловило неспособность римской армии сдерживать напор врагов. Почему же снижалась рождаемость? Выясним чуть позже;

2. Утрата римлянином военного ремесла, а обывателем — твёрдости духа. Это абсолютно очевидно: в III–IV вв до н. э. римляне относительно малыми силами справились с «девятым валом» нашествия галлов и закалённой в боях армией Карфагена. Но уже спустя 600 лет терпели одно поражение за другим, обладая десятками легионов и практически неисчерпаемыми ресурсами для мобилизации. Несомненно, средний римлянин и средний солдат времён Сципиона Африканского были гораздо более умелыми, стойкими воинами, чем такой же средний римлянин и легионер в период правления Ромула Августула, последнего императора Западной римской империи. И это при том, что тактика боя, индивидуальные боевые навыки в римской армии всё время совершенствовались и оттачивались в боях. Если выучка солдата улучшалась, то почему он стал размазнёй по сравнению даже с ополченцем, отражавшим поход галлов в 380 г. до н. э.? Очевидно, дело в боевом духе, стойкости, умении переносить тяготы и лишения воинской службы (то есть природных мужских качествах), а также мотивированности воевать вообще (то есть заинтересованности в победе своей страны). Среднестатистический римлянин времён Ромула Августула не хотел и не был способен воевать, тогда как его современник–германец мог и хотел воевать. Кстати, это (наряду с депопуляцией) есть причина того, что Риму времён заката приходилось массово привлекать в собственную армию иноземцев.