Неожиданная правда о животных. Муравей-тунеядец, влюбленный бегемот, феминистка гиена и другие дикие истории из дикой природы

Те же свойства, которые делают Xenopus идеальным лабораторным животным, также делают его и показательным инвазивным видом. Он легко адаптируется, устойчив к болезням и быстро размножается. Самки могут плодиться круглый год, откладывая ежегодно до восьми тысяч икринок. Я спросила Клаудио, сколько сейчас в Чили африканских шпорцевых лягушек, и он обреченно взялся за голову: «Миллионы, если не миллиарды. Невозможно точно сказать, но очень много. В одной небольшой лагуне, например, размер популяции оценивают в двадцать одну тысячу особей».

Ксенопусов находили аж в четырехстах километрах от Сантьяго. Они, похоже, расселяются от столицы со скоростью около десяти километров в год. В периоды сильных дождей они массово мигрируют, проникая в глубь новых территорий. В один из таких периодов, как сказал Клаудио, знакомый следопыт наблюдал библейскую сцену – две тысячи «жаб» переходили дорогу.

Африканские шпорцевые лягушки – прожорливые хищники. Они глотают все на своем пути, опустошая местные популяции рыб, лягушек и головастиков. Неостановимая армия амфибий располагает секретным оружием, с помощью которого уничтожает аборигенную лягушачью фауну: многие беглые ксенопусы в Чили положительны на грибок хитридиомицет, к которому, похоже, у них выработан иммунитет. Но вклад ксенопусов в пандемию хитридиомикоза до недавних пор был неясен.

Ловким ходом в научном расследовании Клаудио стала предпринятая им вместе с несколькими другими исследователями из разных стран проверка фиксированных экземпляров ксенопусов из музеев по всему миру. Зараженными грибком оказались особи, собранные еще в 1933 году – самый ранний случай зарегистрированной инфицированности хитридиомицетом, как раз то время, когда ксенопусы были впервые экспортированы из Африки для использования в качестве тестов на беременность. Многие из них не остались запертыми в лабораториях. Когда место Хогбенова теста заняли две голубые полосочки, добрые сотрудники выпустили на волю тысячи лишних лягушек, надеясь дать тем свободу после долгой верной службы. Бесчисленное множество ксенопусов просто сбежало из лабораторий или было выкинуто как ненужное домашнее животное. Инвазивные популяции африканских шпорцевых лягушек отмечены на четырех континентах, и позднейшие исследования связали некоторые из этих инвазий, например в Чили и Калифорнии, с появлением грибка хитридиомицета и исчезновением местных лягушек. Другие широко распространенные амфибии-вселенцы – такие как американская лягушка-бык, которую разводят по всему миру ради мясистых ножек, – тоже могут переносить эту болезнь, но похоже, что именно исход ксенопусов из Африки мог послужить триггером ее глобальной вспышки.

Это печальная ситуация. Мы многим обязаны ксенопусу в понимании оплодотворения и эмбрионального развития, но, получив эти знания, мы случайно вызвали исчезновение необычайно причудливых видов – таких как вынашивающая головастиков во рту северная лягушка Дарвина. Высотный дом водной лягушки-свистуна также заражен грибком. «Мы живем во времена гомогенизации дикой природы, – вздыхает Клаудио. – Благодаря глобализации и росту населения повышаются шансы на перемещение по всему миру диких видов – а вместе с ними и их болезней».

Клаудио упоминал, что современное интенсивное сельское хозяйство, предполагающее постройку плотин, благоприятствует стилю жизни шпорцевой лягушки, которая процветает в тихой стоячей воде. У Юргена, фермера, которого мы посетили, был один маленький ирригационный пруд, о котором он отзывался как о «чертовой дыре». Глядя в этот гнилой пруд со зловонной водой, кишащий ксенопусами, я подумала: насколько же их внезапное появление легко вписывается в Аристотелеву теорию самозарождения!

За пять тысяч лет лягушка прошла долгий путь. Древнеегипетские фермеры могли почитать ее за плодовитость, но в глазах Юргена Xenopus был ближе к воплощенному проклятию, произнесенному Всемогущим в Исходе: «Я поражаю всю область твою жабами; и воскишит река жабами, и они выйдут и войдут в дом твой, и в спальню твою, и на постель твою, и в домы рабов твоих и народа твоего, и в печи твои, и в квашни твои, и на тебя, и на народ твой, и на всех рабов твоих взойдут жабы» [332][333].

В Библии есть и другое создание, которое «знает свои определенные времена» [334]. Связь аиста с плодовитостью привела к другому набору страхов и заблуждений. Его загадочные прилеты и отлеты породили мифы про оборотничество, подводных и космических птиц в дополнение к параноидальным политическим гонениям.

Белый аист