Непрописные истины воспитания. Избранные статьи

Некоторые родители, начитавшись педагогических книг, полагают, что надо создавать специальные, особые ситуации, в которых и воспитывать необходимые чувства. Но это не так. Милосердие – естественное чувство, его невозможно вызвать нарочитой ситуацией. Его невозможно вызвать и упреками: «Ну почему ты такой злой? Ну как ты можешь? Ну неужели у тебя нет сердца?» Если бы к милосердию можно было приучать, как к мытью рук, – человечество было бы в тысячу раз добрее. Но в том-то и трудность, что милосердие не воспитывается нашими привычными приемами – наградами и наказаниями, упреками и похвалами. Оно даже не воспитывается примером! Кто не видел 17–18-летних девиц, которых, кажется, ничем не проймешь, которым, кажется, все человеческое чуждо, а ведь и у них дома добрые мамы, ведь они слышали, что есть на свете жалость.

Ни угрозой, ни наказанием, ни наградой, ни даже примером милосердие не воспитывается. А как же?

Считается, что милосердие воспитывается любовью к животным. Наверное, это так. Соприкосновение с живым рождает живые чувства. Но заметим, что собаку или кошку жалеть легче, чем человека, потому что собака и кошка, как правило, не приносят зла, не обижают хозяина, не предают его, а с человеком случается всякое.

Не приходится учить детей любить тех, кто любит их и хорошо к ним относится. Но как научить любить всякого? Чувствовать всякого? Как все-таки научить его ощущать боль живого?

– Оно живое, значит, ему может быть больно, – постоянно исподволь, не прекращая усилий, внушайте ребенку эту мысль. Все живое – болит, все живое чувствует боль. Живым только и можно назвать то, что чувствует боль. И того, кто чувствует боль. Все, что не чувствует боли, – камень, мертвый камень. Человек, не чувствующий боли – не человек, а мертвец, камень. «И ты живой, – говорите ребенку, – потому что ты чувствуешь боль, и не только тогда, когда у тебя болит, но и тогда, когда больно другому». Учите детей: свою боль терпи, от чужой боли умирай.

Правильно ли, что милосердные дети растут только у милосердных родителей?

Мы часто немилосердны друг к другу, не прощаем ни малейшей оплошности. Надо менять отношения между взрослыми, и тогда будут меняться отношения между детьми, будет меняться их отношение к жизни.

Но пока отношения еще не изменились, что – положение безнадежно? Ничего не выйдет? Нет, вспомните, ведь даже в самых жестоких условиях и обстоятельствах совершались милосердные поступки. Иногда сын отца-алкоголика навсегда, на всю жизнь зарекается от спиртного. Это происходит вопреки воспитанию, вопреки примеру. Но, пожалуй, не стоит уповать на случай.

Подумав, мы должны будем признать, что есть один и только один способ учить милосердию – быть милостивым к ребенку. Милость, милосердие к ребенку означает прощение, пощаду. Но не всепрощение.

Всепрощение – это безразличие, в безразличном прощении нет момента страдания, все прощают своим детям лишь небрежные в воспитании родители. Милостивые, милосердные родители страдают, когда их ребенок совершает что-то дурное, и вот это-то страдание, и только оно, может породить чувство ответного страдания у ребенка.

Это вовсе не значит, что он сразу станет отличником в домашнем поведении, быть может, он завтра же причинит вам новое горе, но будьте терпеливы, ребенок должен видеть, что любящее терпение родителей может быть бесконечным, что родители не способны ожесточиться. Тогда он вырастает в убеждении, что ожесточение, озлобление – это грех, это несовместимо с человечностью.

«Не ожесточайся, не озлобляйся ни при каких обстоятельствах», – этому мы будем учить ребенка с тех пор, как только он начнет понимать нас.

Жизнь наша трудна, многие живут в тесноте, многим приходится бороться буквально за кусок хлеба. Эти условия сами порождают злобу и зависть. Ребенок часто бывает свидетелем злых домашних скандалов. В маленьком сердце рождается желание мести, оно отвердевает, становится недоступным человеческим чувствам. Было бы наивно призывать к миру немирный дом. Или учить родителей не скандалить в присутствии детей. Но все-таки помните о детях. И после самых жестоких сцен старайтесь успокоить ребенка, размягчить его, утешить, пожалеть. Чтобы он не подумал, что до него никому нет дела и что все люди жестоки.

Вот это опаснее всего: если ребенку станет казаться, что жестоки все, что это норма жизни. Такой ребенок думает: «Я плохой – но и все плохие», или того страшнее: «Я хороший, а все плохие».

Если все плохие – то некого и жалеть, и милосердие становится излишним.

Внушайте детям, что милосердие – это не слабость, а сила, что милосердие – это чувство сильных людей, способных прийти на помощь.