Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

В августе 1994 года ИРА объявила о прекращении вооруженного сопротивления. Видимо, секретные переговоры при посредничестве отца Алека Рейда дали свои плоды. Долорс Прайс и других республиканцев собрали в общественном клубе в Западном Белфасте, чтобы рассказать им о решении. Три представителя сели за стол и озвучили план. Прекращение вооруженного сопротивления представили как положительный шаг – конечно, не как победу, но и не как поражение. Некоторые люди пытались понять, почему ИРА сложила оружие без каких-либо обещаний со стороны британского правительства по поводу того, что в обмен на это британцы покинут ирландскую землю. Все вспоминали об огромном количестве погибших. Прайс подняла руку и спросила: «Нам сейчас говорят, что в прошлом не стоило и начинать вооруженное сопротивление?»

Принципиальная линия ирландского республиканизм никогда не подвергалась сомнениям. «Какими бы ни были душевные искания среди ирландских политических партий теперь или в будущем, мы твердо уверены в необходимости делать ясные и понятные вещи, – заявил когда-то Патрик Пирс – обреченный герой Пасхального восстания. – У нас есть сила и спокойствие духа тех, кто никогда не идет на компромиссы». Однако прекращение огня и мирный процесс по своей природе есть серьезные переговоры, душевные искания и компромисс. За более чем четверть столетия много крови пролилось во имя неизменного и безусловного требования: британцы, вон! Но требование это не было выполнено, что изрядно смущало членов движения. Руководство заверило бывших и нынешних солдат, что они не сложат оружие, что прекращение огня – это тактический ход, что его можно отменить в любое время. Но все это выглядело как кость, брошенная войску с целью избежать очередного раскола в рядах, как это уже было в 1969 году, когда армия разделилась на Временную и Официальную. Главной уступкой, полученной ИРА от переговоров о прекращении огня, было практически полное принятие Британией партии Шинн Фейн. Один из бывших добровольцев ИРА отметил: «В обмен на окончание вооруженного сопротивления Шинн Фейн дали возможность стать законной политической партией и, что, вероятно, даже более важно, партией, которая может помочь положить конец долгим годам конфликта в Северной Ирландии».

Тем же летом в центре Белфаста, в Библиотеке Линен Холл, занимающей красивое старое здание на площади Донегол, проходила пресс-конференция. Была создана новая организация, занимающаяся судьбой «исчезнувших» – людей, которых похитили и убили во время Смуты и чьи тела так и не нашли. Участники организации носили небесно-голубые ленты на лацканах. Среди выступающих была и Хелен – дочь Джин МакКонвилл. «Четыре женщины и восемь мужчин вошли в наш дом в 1972 году и забрали мою мать, – сказала она. – Больше мы ее не видели. И я хочу сейчас спросить прежде всего тех женщин, как они смотрят на своих собственных детей и не чувствуют себя виноватыми за то, что сделали с моей мамой?»

Хелен исполнилось 37 лет – почти столько же, сколько Джин, когда та исчезла. У Хелен был крепкий брак с Шеймусом МакКендри и собственные дети. Но МакКонвиллы никогда больше не стали нормальной семьей с тех пор, как похитили их мать. Однажды Хелен представилась возможность уехать в Австралию вместе с Шеймусом и детьми. Однако она чувствовала, что не может этого сделать, потому что, как объяснил Шеймус, «она всегда верила в то, что мама еще может вернуться».

Детство для детей МакКонвилл было очень тяжелым, однако и юношеские годы оказались не легче. У одних были проблемы с работой. Другие употребляли наркотики и злоупотребляли алкоголем. Джим МакКонвилл, который вместе с братом-близнецом Билли был самым младшим в семье, в 1980-х годах попал в центр для малолетних преступников и получил в Англии срок за вооруженное ограбление. Из всех детей более или менее стабильной была жизнь Майкла. Покинув «Лизневин» – дом за высоким забором – в 16 лет, он некоторое время жил вместе с Арчи, а затем с Хелен. Но Майкл и Хелен не ладили, а потому парень оказался на улице. Он скитался по друзьям – ночь здесь, другую там. Потом он нашел работу. Вечером на танцах, когда ему исполнилось 17, он познакомился с девушкой по имени Анджела. Они стали встречаться и вскоре поженились. Майкл сменил много рабочих мест. В течение некоторого времени он работал на заводе ДеЛорен в Белфасте, где с конвейера сходили футуристические машины с дверью – крылом чайки.

В 1992 году старший ребенок МакКонвиллов, Анна, которая всю свою жизнь болела, умерла в возрасте 39 лет. Хелен заглянула в гроб сестры и была потрясена ее разительным сходством с Джин. Она поклялась сделать все возможное, чтобы узнать, что стало с их мамой. Симус начал расспросы в Белфасте. Однажды он зашел в бар на Фоллз-роуд – известное место обитания бойцов ИРА. Но как только он упомянул имя своей тещи, люди сразу замолчали. Старый приятель МакКендри, букмекер, предложил ему сделать ставку в соседней комнате. Как только они вошли туда, он написал ему на листке бумаги: «Уходи».