Специалисты утверждают, что именно в этом «плавильном котле» в ходе вековой гибридизации примерно четырнадцати природных видов и неизвестного множества турецких сортов сложился новый, рукотворный вид тюльпана – тюльпан Геснера.
В конце XVI века центр тюльпанового промысла базировался на северо-востоке Франции. Луковицы из французских садов охотно покупали состоятельные клиенты из Англии, Нидерландов и германских княжеств. Именно во Франции имел место первый в европейской истории ажиотажный рост цен на тюльпаны, о котором сохранилось множество свидетельств, больше похожих на легенды. Например, утверждается, что в 1608 году один мельник обменял свою мельницу на единственную луковицу.
Жители Нидерландов всерьез заинтересовались тюльпанами лишь в начале XVII века, то есть раньше итальянцев, но намного позже немцев и французов. Вероятно, причиной тому была революция, в ходе которой была обескровлена национальная аристократия. Золотой век Нидерландов уже наступил, но местное купечество еще было занято первоначальным накоплением капитала. Да, страна богатела, однако действительных богачей, способных и готовых оплачивать дорогое увлечение, было совсем немного. По сути, сообщества нидерландских цветоводов-любителей (liefhebbers) и спекулянтов луковицами (bloemisten) еще не сложились.
В данном контексте высший круг образовывали немногочисленные богатые знатоки, среди них художник и предприниматель Якоб де Гейне и будущий влиятельный политик Адриан Паув, во главе с переехавшим в Лейден Карлом Клузиусом. Намного ниже по социальной лестнице стояли садовники и аптекари, еще ниже – всевозможные мошенники, в том числе и странствующие воры «ризотоми», которые крали наиболее красивые цветы с грядок зазевавшихся садоводов. Кстати, и самого Карла Клузиуса неоднократно грабили, да он и сам, особенно в старости, не стеснялся пользоваться подобными «услугами». Дело в том, что весь лейденский период жизни Карл Клузиус прожил инвалидом (он неудачно упал и так и не оправился от последствий травм).
Лишь во втором десятилетии XVII века выращивание тюльпанов и торговля их луковицами превратились в полноценный доходный промысел. Старейшие тюльпановые фермы в Нидерландах расположились вдоль шоссе Вагенвег близ Харлема, а вслед за Харлемом тюльпаны начали выращивать в Роттердаме, Утрехте, Делфте, Гауде и Хорне. Начался экспорт редких луковиц в южные Нидерланды, в германские княжества и во Францию. Самый успешный из цветоводов того времени, друг Карла Клузиуса Эммануэль Свеертс из Брабанта, вел выгодную торговлю на Франкфуртской ярмарке, а его покровитель, император Священной Римской империи Рудольф II, не только закупал луковицы, но и профинансировал роскошное издание сборника «Флорилегиум» (Florilegium) Свеертса, прекрасно иллюстрированного и не имевшего тогда аналогов (за 1615–1655 годы сборник выдержал шесть переизданий).
Немецкие аристократы платили щедро, но нестабильно – из-за регулярно вспыхивавших войн и восстаний. По той же причине в Нидерланды ежегодно переселялись тысячи беженцев, и среди них – состоятельные ценители тюльпанов из перешедшей под власть католиков Фландрии. С ними в страну попали драгоценные луковицы фландрской и французской селекции, служившие иммигрантам надежными «дорожными чеками».
В течение 1620-х годов тюльпан превратился из редкости, бывшей по карману лишь узкому кругу, в дорогой, но все же доступный нидерландцу среднего достатка ходовой товар. Ранее цветоводы-любители обменивались луковицами, а в этот период начали их покупать, и в стране возник устойчивый внутренний рынок тюльпанов.
Постепенно цветоводство превратилось в азартную игру, начать которую мог каждый имевший клочок земли и несколько обычных, недорогих луковиц.
В начале XVII века началось восхождение: тюльпаны с ребристыми лепестками, пользующиеся большим спросом, стали предметом безумных спекуляций. В 1623 году сорт Semper Augustus был продан по цене 1200 флоринов за луковицу. Два года спустя она стала стоить вдвое дороже, прежде чем в 1633 году достигла 10 000 флоринов, что соответствовало цене дома с садом и конюшней. Судебные процессы стали обычным явлением, пока в 1637 году королевский указ не положил конец этому настоящему «тюльпановому мыльному пузырю».
К 1633 году в Нидерландах вывели около полутысячи форм тюльпанов.