Никита Хрущев. Вождь вне системы

Больше всего первый секретарь, конечно, мечтал попасть в город Де-Мойн, штат Айова, к своему знакомому фермеру Росуэллу Гарсту. Гарст впервые побывал в СССР в 1955 году на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в составе делегации фермеров из своего штата и вскоре лично познакомился с Хрущевым. Тот был под большим впечатлением от его успехов в выращивании кукурузы и теперь мог все увидеть воочию. Рано утром, не дождавшись сопровождающих, они поехали на ферму, и много лет спустя уже на пенсии Хрущев рассказывал гостям: «Я ходил и восхищался, как у Гарста все: трубы, вода, полив, кукуруза. И самое главное, какая она была огромная!» Он старался рационализировать свой участок в Петрово-Дальнем, чтобы было «как у Гарста».

Этот визит еще больше убедил первого секретаря в своей правоте по поводу «кукурузы — царицы полей»: «У нас на Украине кукурузу сеют, не сортируя. А что посеешь, то и пожнешь… я поставил в правительстве вопрос о покупке американских заводов. Мы обсудили дело, подобрали людей и послали в США ознакомиться с их системой. Потом купили несколько заводов и разместили их в тех районах, где больше всего выращиваем кукурузы: на Украине и Северном Кавказе, на Ставрополье и Краснодарщине. Потом решили купить какое-то количество семенного материала, чтобы попробовать на нашей почве лучшие американские сорта силосного назначения»[625].

Правда, есть версия, что кукурузная кампания в СССР провалилась из-за Гарста[626]. Удавался урожай на южных Украине, Северном Кавказе и в Молдавии, а в других районах нужны были холодостойкие семена, которых у Советов не было. Решили закупить некапризный американский «Купер суперкросс», выпускаемой агрофирмой «Пайонир хай-бред корн», менеджером которой являлся именно Гарст. Сначала все шло хорошо, но к 1964 году больше половины посевов начало гибнуть. Оказалось, что эта культура некапризна только на теплой широте Айовы и тех же Украины и Северного Кавказа, но в холоде гибнет через несколько лет. Знал ли об этом «френд» Хрущева из Де-Mойна?

Понравился Хрущеву и Питтсбург, где ему церемонно вручили ключ от города. Именно на пенсильванские шахты и сталелитейные заводы Хрущев когда-то собирался эмигрировать, и, осматривая один из них, он не мог наговориться с рабочими об их жизни. Обменивая американские зажигалки на советские часы, он приглашал рабочих в СССР и уверял, что там «к ним будут относиться с пролетарским уважением».

Конечно, две недели в Соединенных Штатах не пошатнули его большевистскую веру в социализм и в общем подтвердили образ того капиталистического общества, который сформировался у него в дореволюционной Юзовке. И все же, побывав за океаном, он убедился, что разрядка не только нужна, но и возможна.

Добравшись до Вашингтона, 25 сентября он вместе с Эйзенхауэром удалился в Кэмп-Дэвид. Как все русские, готовые дружить взахлеб, Хрущев ожидал от хозяина каких-то драматических прорывов в отношениях. Их не последовало, Эйзенхауэр все время подчеркивал невозможность договоренностей по Берлину без Франции и Англии. Впрочем, договориться им все же удалось и о саммите четырех держав, и о визите Эйзенхауэра в СССР 10–19 июня 1960 года, перед президентскими выборами.

«Лицом к лицу с Америкой» с подписью Н. П. Кухарчук Ю. Л. Хрущевой и Н. П. Шмелеву (тогда мужу Ю. Л.)

1 января 1960

[Семейный архив автора]

Советский премьер завершил свою поездку часовым телевизионным интервью. Помнящие этот визит не раз говорили мне, что, стань Хрущев кандидатом в президенты на предстоящих выборах, у него были бы все шансы попасть в Белый дом. Никита Сергеевич действительно сумел изменить восприятие американцами Советского Союза, показав им, что «русский медведь» больше человек, чем страшилище.

К концу его визита 28 сентября журнал «Тайм» в четвертый раз поместил его портрет на обложку — до этого он выбирался «человеком года» в 1957-м и 1958-м. Сам же Хрущев, по возвращении выступая в Лужниках, превозносил «государственную мудрость» президента США, несмотря на господство там враждебного СССР «монополистического капитала»[627]. Мнение, что американцы откажутся от давления или выражения своего превосходства, было сверхнаивным, но полная оптимизма советская пресса превозносила эту поездку, обещая советским людям скорый конец холодной войны.

Приглашение на банкет в честь Н. С. Хрущева

Индия, Дели,

11 февраля 1960

[Семейный архив автора]

В 1960 году Аджубей и другие издали 700-страничный, наполненный пропагандой отчет о путешествии Хрущева «Лицом к лицу с Америкой», а в кинотеатре «Художественный» на Арбате долго крутили документальный фильм «Хрущев в Америке». И все же тот международный прорыв шел дальше советских лозунгов. Либерально настроенные иностранцы старшего поколения — японцы, французы — не раз говорили мне, что «Лицом к лицу», переведенный на многие языки, стал для них гидом по США. Они хотели посмотреть на страну его глазами. Тогда стремление к разрядке в мире было невероятно сильно, и энергичный Хрущев стал считаться ее гарантом.