Никита Хрущев. Вождь вне системы

Львову и другим западноукраинским областям, недавно включенным в СССР, и раньше не доверяли, а во время войны они автоматически воспринимались как враги госбезопасности. Кирилл Студинский, филолог и фольклорист, проректор Львовского университета, поддерживал большевиков, был депутатом Верховного Совета УССР от Львова, но его работы о польской Галиции вызвали подозрение. Петро Франко, сын украинского писателя Ивана Франко, в честь которого назван город Ивано-Франковск, был творческим человеком — певцом, ученым и писателем. Тоже из Галиции и тоже депутат Верховного Совета, он считался нелояльным по признаку проживания.

В той жестокой войне любовь Студинского и Франко к необрусевшей Украине равнялась предательству. В архивах я обнаружила телеграмму от 6 июля 1941 года, адресованную наркому государственной безопасности Всеволоду Меркулову из команды Берии: «Указанию тов. Хрущева нами арестованы Студинский, Франко, киевский артист Донец. „Националисты“, в связи с тем, что вывести их из Киева затруднительно, считаем целесообразным их расстрелять. ЦК КП(б)У такого же мнения»[141]. Она проливает свет на ужасный конец этих представителей интеллигенции, обстоятельства смерти которых до сих пор неясны — то ли они попали под немецкую бомбежку, то ли скрылись, то ли погибли от рук НКВД[142]. Последняя версия кажется самой достоверной.

Телеграмма В. Н. Меркулову об аресте К. И. Студинского, П. И. Франко и М. И. Донца по указанию Н. С. Хрущева с автографами «за» Берии, Молотова, Маленкова

6 июля 1941

[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 449. Л. 101]

Оперный певец Михаил Донец, упомянутый в этой телеграмме, на последнем известном допросе 10 июля признался только в том, что любил народные украинские песни, которые прадедушка тоже обожал. На Декаде украинского искусства 1936 года в Большом театре Донец произнес страстную речь, восхваляя Сталина и его заботу о национальных культурах. Тогда-то с ним познакомился и Никита Сергеевич, который восхищался басом этого «украинского Шаляпина». И все же он не усомнился (или усомнился, но не смог противостоять) в «национализме» актера.

О судьбе Донца известно больше. Его жена, оперная актриса Мария Донец-Тессейр, на много лет пережив мужа, писала письма в разные инстанции. После смерти Сталина она лично обратилась к Хрущеву, но в ответ получила маленькую справку: «С санкции врага народа Меркулова М. И. Донец без решения суда был в Киеве расстрелян». В ней не было ни слова о том, что сам Никита Сергеевич разрешил это наказание.

Гитлеровские войска стремительно приближались к Москве. Семьи руководителей, правительственные ведомства и другие важные организации были эвакуированы в Куйбышев (до революции и после 1991 года — Самара) — министерства, иностранные дипмиссии, предприятия советской обороны. Переехали и культурные учреждения: Радиокомитет, Большой театр, Московская консерватория. На берегу Волги был выстроен специальный бункер для Сталина, но тот им так и не воспользовался.