Никита Хрущев. Вождь вне системы

Несколько лет назад я поехала посмотреть на этот бункер. Гиды возмутились моей антисталинской фамилией, когда я позвонила, чтобы заказать экскурсию; один даже выругался матом. Они особенно гордились тем, что это было самое глубокое сооружение во всей военной Европе. Трепеща от любви к вождю, во время осмотра они отмечали, что бункер по-прежнему остается «активным оборонным объектом». Кабинет Сталина с белой кушеткой, внушительным письменным столом, покрытым зеленым сукном, с портретом Суворова на стене удовлетворил бы генералиссимуса, но Сталин из Москвы не уехал. Он сидел там в другом бункере.

Прабабушка Нина, видевшая хорошее во всем большевистском, вспоминала Куйбышев с воодушевлением: «…это был „плавильный котел“, для которого СССР пожертвовал самым лучшим». Жилья, однако, на всех не хватало, и большинство эвакуированных — рядовых инженеров, ученых, артистов — ютились в тесных квартирах во временной советской столице. Прабабушку мучило чувство вины за то, что Хрущевы вольготно разместились в двух просторных квартирах в большом желтом доме 2A по Вилоновской улице, от которого было рукой подать до живописного берега Волги. Там в комфорте жили семьи политических деятелей — Маленкова, Булганина, Буденного и других. Светлана Аллилуева, ее няня и охрана делили лестничную площадку с Хрущевыми, и прабабушка иногда интересовалась, не нужна ли им помощь. «Не нужна, спасибо», — неизменно стоически отвечала 16-летняя Светлана.

Семья Хрущевых в эвакуации в Куйбышеве (с подписью Р. Н. Аджубей)

Август 1943

[Семейный архив автора]

Л. И. Сизых в Москве

1940

[Семейный архив автора]

Ю. Л. Хрущев. Фотография, подаренная Ю. Л. Хрущевой

1948

[Семейный архив автора]