Такое совещание у Сталина состоялось в составе 29 апреля. На нём присутствовали: И.В. Сталин, Л.П. Берия, Г.М. Маленков, Н.А. Булганин, М.В. Хруничев, Д.Ф. Устинов, Б.Л. Ванников, И.Г. Кабанов, М.Г. Первухин, Н.Н. Воронов, Н.Д. Яковлев, А.И. Соколов, Л.М. Гайдуков, В.М. Рябиков, Г.К. Жуков, А.М. Василевский, Л.А. Говоров.
Совещание шло с 21.00 до 22.45, после чего у Сталина остались только Булганин и Маленков.
По итогам совещания был образован Специальный комитет по реактивной технике при Совете Министров СССР, возглавлявшийся вначале Маленковым, а затем (уже как Комитет № 2) – Булганиным.
Из письма В.А. Малышева и М.В. Хруничева Г.М. Маленкову и Н.А. Булганину с представлением плана первоочередных мероприятий по авиации специального назначения от 15.10.1953 года: «…В плане предусмотрены вопросы, которые должны быть предварительно разработаны силами научно-исследовательских институтов и опытно-конструкторских бюро министерств среднего машиностроения и авиационной промышленности, и вынесены на рассмотрение Правительства».
За простыми, казалось бы, повседневным, даже бюрократическими формулировками в таких документах, стоят сотни научных коллективов, производственных, на это тратятся огромные деньги, а чтобы коллективы и научные, и производственные существовали, специалистов надо подготовить – тут и средне-специальное, и высшее образование. Принятие подобных программ влечёт за собой длинную цепь мероприятий и расходов на осуществление. А таких программ в стране было сотни, если не тысячи. И большинство из них было связано с обороной. Враг не дремал.
Из письма Н.А. Булганина и В.А. Малышева Г.М. Маленкову с представлением проекта распоряжения СМ СССР по организации наблюдений за взрывами атомных и водородных бомб США от 04.03.1954 года: «Для организации наблюдений за взрывами
…Для своевременного обнаружения и сбора появившихся на территории СССР радиоактивных аэрозолей необходимо обеспечить в течение 2–3 месяцев круглосуточное барражирование самолётов, оборудованных аппаратурой для обнаружения радиоактивности и забора аэрозолей, по трассе Одесса – Ленинград – Одесса».
Подобных мероприятий было множество, каждое из них требовало тщательной подготовки. Неслучайно я привожу здесь информацию о взрывах.
В биографии Н.А. Булганина есть факт, когда он, будучи Министром обороны СССР, был на учениях с применением ядерного оружия. Там же были военные специалисты из других дружественных нам стран. Это происходило в преддверии подписания Варшавского договора. (Варшавский договор 1955 года – договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, документ, закрепляющий создание военно-политического союза социалистических государств: СССР, Албании, Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши, Румынии и Чехословакии.) Нам нужно было продемонстрировать нашим союзникам мощь Советских Вооружённых Сил.
Речь идёт об учениях на Тоцком полигоне в сентябре 1954 года.
Тактические учения с применением ядерного оружия под кодовым названием «Снежок» были подготовлены и проведены под руководством Маршала Г.К. Жукова 14 сентября 1954 года на Тоцком полигоне в Оренбургской области. Задача учений: отработка возможностей прорыва обороны противника с использованием ядерного оружия.
В ходе учений бомбардировщик Ту-4 сбросил с высоты 8 км ядерную бомбу РДС-2 мощностью 38 килотонн в тротиловом эквиваленте. Взрыв был произведён на высоте 350 м. На заражённую территорию в атаку было направлено 600 танков, 600 БТР и 320 самолётов. Общее количество военнослужащих, участвовавших в учении, достигало 45 000 человек.