Новая мужественность. Откровенный разговор о силе и уязвимости, сексе и браке, работе и жизни

В ПОМЕЩЕНИИ. ШКОЛА ЮЖНОГО МЕДФОРДА. ДЕНЬ. ФОНОМ — «ВРЕМЯ ТВОЕЙ ЖИЗНИ» ГРУППЫ GREEN DAYS

В толпе студентов появляется Джастин, он идет один. Впереди он замечает Паркера. Они не разговаривали после окончания вчерашней вечеринки. Проходящие студенты перекрывают обзор, но мы видим, как Паркер смеется. Камера переходит на Джастина, замедленная съемка. Паркер рядом с Джессикой. Она влюбленно улыбается и прижимается к его груди, его взгляд в этот момент упирается в Джастина. Они проходят мимо, взгляды парней встречаются. Лицо Паркера говорит само за себя. «Ничего не было». Джастин замечает, что Джессика улыбается ему, она не обращает внимания на молчаливое соглашение, заключенное только что. Камера переходит на Джастина, он останавливается. Поворачивается. Скажет ли он что-нибудь? Он опускает голову. Звенит звонок. Снова нормальная скорость. Джастин отворачивается и направляется к классу. Сегодня неподходящий день, чтобы быть героем.

Юноши и мужчины знают правила, даже если не подписывали контракт и не читали инструкции. И никто эти правила не нарушает. Мы оба были мальчиками, мужчинами, а мужчины держат рты на замке.

В своей потрясающей книге Boys & Sex («Мальчики и секс») журналист и популярный автор New York Times Пегги Оренштейн (Peggy Orenstein) делится историей, которую ей рассказал один из сотен мальчиков и юношей, дававших ей интервью. На втором году обучения в старшей школе Коул услышал, как один из старших товарищей по команде предлагал другим зависнуть с девчонками втайне от его предполагаемой подруги. Коул и его сверстник обратились к этому парню и призвали его «бросить эту затею», даже начали объяснять, почему так делать нельзя. В ответ они услышали смех. На следующий день другой старший ученик стал делать сексистские комментарии в адрес своей бывшей подружки. Коул промолчал, а его друг, который высказывался накануне, снова вступился за девушку. Это повторялось, друг Коула высказывался, а Коул предпочитал молчать. Я уверен, вы уже догадались, что случилось дальше. Конечно, по словам Коула, «ребята из команды стали относиться к его другу хуже. Они больше не слушали его. Как будто он потратил весь свой социальный капитал на то, чтобы заставить их прекратить сексистские разговоры. При этом я находился там, боясь исчерпать свой социальный капитал, и все равно остался ни с чем».

Подобные сцены разыгрываются сотнями разных способов в офисах и на совещаниях, на съемочных площадках, в школьных рекреациях и в спортивных раздевалках по всему миру. Каждый день. Мы знаем, что должны остановить это, но ничего не предпринимаем. Что же мы таким образом сообщаем хулиганам? «Это круто. Нас все устраивает. Мы не будем вам мешать». А что мы сообщаем тем, кто становится мишенью? «Вы не стоите внимания. Ради вас мы не хотим рисковать своим положением в группе».

Мы, мальчики, привыкли верить в то, что наша ценность, наша значимость определяются нашей верностью и лояльностью к другим мальчикам, но в своем стремлении принадлежать целому мы в результате оказываемся исполнителями мужских сценариев, а не мужчинами. И какому же мужчине мы изменяем в процессе? Самому себе.