Новая цель. Как объединить бережливое производство, шесть сигм и теорию ограничений

– И они работают в F&D не только из-за алчности, – продолжила Сара. – Им одинаково важны и деньги, и возможность заниматься исследованиями, интересными для них с профессиональной точки зрения.

– Хорошо, – сказал Уэйн. – Но, принимая во внимание столь высокие зарплаты, можем ли мы требовать, чтобы они не тормозили работу всей компании? Могут ли они уделять больше времени и внимания анализу спецификаций заказов?

– Некоторые заключения действительно носят формальный характер, – пояснила Сара. – Но не все. Иногда они требуют времени. А в то же самое время руководство Роквилля давит на них и требует считать приоритетной работу для внешних клиентов F&D. Помните, что аналитики находятся в самом центре всего, что мы делаем в Роквилле. Они будут загружены по уши, даже если им не придется делать заключения по спецификациям заказов, которые, с их точки зрения, являются случайно попадающей к ним и совершенно неважной работой. На протяжении многих месяцев мы заставляли аналитиков заверять заключения. Это было равносильно пинкам и окрикам «Давайте быстрее!». Но, кстати, примите к сведению, что эти люди не вправе допустить ни единой ошибки!

– Хорошо, думаю, что я начинаю понимать существующие здесь взаимосвязи, – прервала дискуссию Эми.

Она повернулась к доске и начала строить диаграмму обсуждаемой ситуации.

– Факты таковы, – сказала Эми, указывая на один из листков, закрепленных в самом низу доски. – Вследствие политики, имеющей под собой значительные основания, аналитики F&D должны изучать и утверждать все спецификации для Hi-T. Мы можем спорить, насколько это является необходимым, но сегодня все происходит именно так. Правильно?

– Правильно, – сказали в унисон несколько участников совещания.

– В то же самое время, у аналитиков есть свои собственные исследования и другие обязанности. Это тоже факт. Правильно?

– Правильно.

– Благодаря Саре Швик нам стало ясно, что работа аналитиков стимулируется несколькими способами – от бонусов до профессиональной заинтересованности, чтобы отдавать приоритет клиентам F&D и включать часы их работы в счета клиентов, что и позволяет нам получать прибыль. Точно?

– Точно.

– Соответственно, если работа над заказами клиентов F&D получает первоочередной приоритет, то работа для Hi-T оказывается менее приоритетной. Тоже правильно?

– Да.

– И если аналитики не могут завершить свою работу в установленные сроки, они должны что-то отложить на потом. Правильно? И почти всегда они жертвуют работой, имеющей более низкий приоритет. Я права?

– Да, мне неприятно это говорить, но именно так все и происходит, – подтвердила Сара.

– Аналитики вынуждены все время откладывать работу по утверждению заказов Hi-T, но рано или поздно приходится ими заниматься. Что происходит в этой ситуации? Утверждение запаздывает, и им приходится согласовывать большое количество заказов одновременно, то есть крупной партией.

– Минутку, – вмешался Уэйн. – Но почему? Почему партия оказывается такой большой?

– Я предполагаю, что это связано с психологическими ритмами человека, – ответила Эми. – Это все равно что отвечать на сообщения электронной почты. Чаще всего я бываю занята и потому не могу отвечать на каждое приходящее письмо. Я жду, пока в моем расписании появится окно продолжительностью в десять-пятнадцать минут, а затем расправляюсь со всеми письмами сразу.

– Да, именно так все и происходит в Роквилле, – согласилась с ней Сара. – Когда у аналитика появляется свободная минута, он быстро расправляется со всеми накопившимися заказами, подписывает их и отправляет в Оуктон. При этом почти все заказы требуют несколько большего внимания, чем пара мгновений его драгоценного времени. Некоторые заказы отнимают у него пару минут, для других требуются часы или даже дни анализа, тестирования, создания запросов и так далее. Поэтому такие заказы могут обрабатываться с еще большим опозданием.

– Соответственно, согласованные заказы поступают в Оуктон спорадически и с большим опозданием, – констатировала Эми. – А если они опаздывают…

– …то Оуктону постоянно приходится нагонять упущенное время, – добавил Мерфи.

Кивнув Мерфи в знак согласия, Эми написала эту фразу на еще одном листочке бумаги, а затем повесила его над всеми остальными.

Пока Эми размещала эти листки на доске, чисто выбритое лицо Уэйна сначала порозовело, а потом покраснело. Наконец, он решился заговорить и встал.

– У меня складывается четкое ощущение, что вы пытаетесь навесить всех собак на меня и на LSS, – напряженно произнес он.

– Нет, Уэйн, я вовсе не собираюсь этого делать и не позволю этого делать никому другому, – мягко сказала Эми. – Как я сказала в самом начале, мы не будем бросаться обвинениями, указывать друг на друга пальцем, каяться или заниматься многословными оправданиями.

Уэйн сел на свое место и угрюмо скрестил руки на груди.