Новгородская земля. Природа. Люди. История. Хозяйство

Когда умерла императрица Екатерина II (1796), ее сын и новый император Павел I приказал тогда болевшей княгине немедленно покинуть ее калужское имение «Троицкое» и ехать с семьей в Новгородскую губернию, жить в имении ее сына. 52-летняя княгиня Е.Р. Дашкова была вынуждена поселиться и жить (1796–1798) в захолустье, в маленькой деревеньке сына, в крестьянской избе.

К началу ссылки в Новгородскую губернию Е.Р. Дашкова уже 32 года была вдовой, была известна как деятельная сторонница императрицы Екатерины II, ради царствования которой она стала одной из ведущих фигур дворцового переворота 1762 г., была 11 лет (1783–1794) директором Академии наук и президентом (председателем) Российской академии (с 1783). Потеряв с 1794 г. расположение императрицы Екатерины II, она полностью занялась устройством имущественных домашних дел. Из-за ее деспотичного характера ее любимый сын красавец Павел не стал деятельной, сильной личностью, делами имущественного толка их семьи не занимался, имел личные долги, не смог создать нормальную семью, сам принимать дельные решения не умел, карьеру ему устроила его мать Е.Р. Дашкова. Пыталась она подчинить себе и непривлекательную богатырского вида дочь Анастасию, по своему выбору выдала ее замуж, брак был неудачным, дочь страдала. Но Е.Р. Дашкова была рада, что дочь живет с ней, а не с мужем, хотя они были не разведены. Дашкова больше всего на свете любила своих детей, но из-за своего властного, чрезмерно гордого нрава не смогла дать им счастья, помочь преодолеть их горести. К моменту начала ее ссылки сыну было 33 года, а дочери 36 лет. Сильная личность и очень образованная женщина, Е.Р. Дашкова по большому счету быть милосердной, прощать чужие ошибки и недостатки сполна не умела. Но она умела с достоинством переносить выпавшие на ее долю беды, удары судьбы.

О своей жизни в Коротове Е.Р. Дашкова рассказала в своих «Записках» (главы ХХV и ХХVI). В ссылке с ней жили ее дочь, три горничных, компаньонка-англичанка мисс Бэтси. В одной просторной и опрятной избе жили Дашкова и ее горничные (в одной комнате они спали и проводили свое время), еще была кухня. В лучшей избе деревни жила дочь княгини. По словам Дашковой, для нее ссылка в новгородской деревне «была легка и удобовыносима», якобы она «не чувствовала никакого неудобства». Вряд ли это было так, хотя бы потому, что несколько женщин жили в одном помещении, спальное место княгини и служанок разделяла только тонкая матерчатая занавеска. Жизнь была однообразной. Дашковой, привыкшей к властному положению и деятельному образу жизни, конечно, было непросто осваиваться в новых условиях, хотя ей разрешили взять с собой много необходимых вещей, разрешили получать письма и самой отсылать корреспонденцию, позволили иногда навещать ее друзьям. Но письма приходили редко, а друзья почти не приезжали. Из окна избы она видела, как постоянно под ее окнами гонят несчастных ссыльных в Сибирь. При этом к ней был приставлен шпион, который следил за ней, записывал, что она говорит. У нее были деньги, но она всегда была очень экономной, растрачивать средства не любила, да и за любой покупкой нужно было далеко ехать. Княгине оставалось раздумывать о событиях ее жизни, командовать своим малочисленным окружением, рисовать, читать. Книг и бумаги у нее было мало, поэтому чуть ли не главным ее развлечением было рисование на белом деревянном столе деревенских пейзажей, которые она видела поблизости. Когда она покрывала своими рисунками весь стол, то нарисованные ею картины тщательно смывали и соскабливали, тогда можно было начинать рисовать снова. Дашкова в тот период особенно оценивала внимание к ней простых крестьян, крепостных ее сына, которые хорошо отзывались о нем как о добром, нежадном барине, не мучившем их в экономическом плане. Бедные крестьяне, возвращаясь с базара два раза в неделю или из ближайшего города, приносили княгине свежие продукты и ни за что не хотели брать деньги. Крестьяне говорили, что они благодарны ей и ее сыну за то, что дали им возможность неплохо жить, разбогатеть (по их меркам), ведь они платили оброк гораздо меньше, чем их соседи своим помещикам. Простые новгородские крестьяне старались поддерживать княгиню и помочь ей, когда ситуация сложилась не в ее пользу. Почти два года Е.Р. Дашкова и ее окружение провели в ссылке. При содействии ее влиятельных родственников удалось по ее просьбе получить разрешение императора Павла I вернуться в имение «Троицкое» и жить там безвыездно. Анализ событий жизни Дашковой был для нее и остается для нас поучительным делом (тем более, что она является уникальной личностью в истории российской и мировой).