Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает

Приведу пример пациента судебно-психиатрической больницы, который в 1990 году совершил необычайно жестокое изнасилование. Этот 43-летний мужчина был принудительно помещен в психиатрическое отделение городской больницы из-за психотического эпизода, возникшего после злоупотребления фенциклидином, или «ангельской пылью». Это был 84-й случай заключения человека в тюрьму или больницу на принудительное лечение. Вскоре его освободили, и через две недели он напал на женщину в Бронксе, когда она входила в лифт своего дома, и попытался ее изнасиловать. После того как из-за эректильной недостаточности ему это не удалось, он засунул ей во влагалище металлическую трубу, причинив серьезные рваные раны и вызвав обильное кровотечение. Он скрылся с места преступления, но его быстро задержали. Женщина восстановилась после длительного лечения в больнице, однако получила необратимые травмы. Возможно, его поместили в судебно-психиатрическую больницу, а не в тюрьму из-за его истории психических заболеваний, по большей части связанных с употреблением наркотиков. Тщательный анализ его прошлого показал, что он никогда не оставался на свободе более двух недель, но постоянно совершал рецидивы и возвращался под наблюдение, где он не мог никому причинить вреда. Доктор Роберт Хаэр вместе с коллегами разработал шкалу «Профиль профессионального преступника» (ППК), которая наглядно показывает разницу между временем пребывания на свободе и в различных учреждениях[1059]. Время пребывания под контролем при этом откладывается по оси y, а время пребывания на свободе – по оси x. В случае с этим преступником график представлял бы собой зигзагообразную линию, идущую практически параллельно оси y – то есть преступник почти никогда не был на свободе. И наоборот: у человека, два-три раза угодившего за решетку на несколько недель, график ППК шел бы вдоль оси x, то есть почти все свое время человек жил на свободе в обществе. Хотя в судебно-психиатрических больницах и принято проводить обследование раз в два года, чтобы оценить, готов ли пациент к переводу в менее строгое учреждение, в случае, описанном выше, рекомендовалось больше никогда не выпускать его на свободу, так как вероятность повторного преступления была почти 100-процентной.

Правовая система недостаточно хорошо справляется с рецидивистами, которые все чаще встречаются в последних двух поколениях. Присяжных редко когда посвящают в истории их преступлений, поэтому лица, у которых за плечами множество арестов, могут отделаться легкими приговорами, в то время как график ППК указал бы на необходимость более продолжительного срока.

Закон восторжествовал над справедливостью в более раннем случае, произошедшем через неделю после президентских выборов 2016 года. Сторонник Трампа Морис Брасвелл, разъяренный тем, что остальные члены его семьи проголосовали за Хиллари Клинтон, схватил тесак и отрубил большой палец своей сестре, почти отрубил большой палец своей матери, а также порезал своего брата и племянника. На счету Брасвелла, которому на тот момент было 49 лет, было 17 арестов, он отсидел в тюрьме за грабеж, по которому у него совсем недавно закончился 20-летний условный срок после досрочного освобождения[1060]. Поскольку все жертвы выжили, суд не станет сажать его навсегда, хотя хочется верить, что это его 18-е преступление надолго оградит его от общества. Действующим лицом другой, к сожалению более серьезной, истории был Клиффорд Олсон, серийный убийца из Ванкувера, родившийся в 1940 году. Он был впервые арестован в 13 лет за кражу, но впоследствии имел десятки судимостей и провел бо́льшую часть времени в тюрьме за вооруженное ограбление, истязание животных, неправомерное использование огнестрельного оружия, мошенничество и побег. В 40 лет Олсон переключился на серийные убийства, расправившись в общей сложности с 11 детьми. Когда его наконец арестовали и осудили, ему грозило всего 25 лет тюрьмы, после чего нестрогие канадские законы позволили бы ему подать прошение об условно-досрочном освобождении. Справедливости ради, преступления Олсона были настолько чудовищными, что Канада отменила положение о «слабой надежде» и ввела ограничения на досрочное освобождение убийц. Олсон умер от рака, находясь в тюрьме, в возрасте 71 года[1061].

15. Новый вызов правосудию: дети, совершающие зло