Новому человеку — новая смерть? Похоронная культура раннего СССР

Несмотря на большой интерес к новой практике кремации среди большевиков 186, практически во всех обсуждениях новой похоронной обрядности речь о ней не идет. Чаще всего новая похоронная обрядность рассматривается в применении к традиционному трупоположению. Однако и при анализе модерной практики кремации возникает вопрос о необходимости нового ритуального обрамления. Известный архитектор-авангардист К. С. Мельников в своем проекте, представленном на конкурс строительства Донского крематория, сделал основной акцент не на архитектурных деталях и эскизах, а на внутреннем идейном наполнении проекта. По его мнению, «незначительный успех крематорного дела в Европе да и в других странах, объясняется тем, что еще не найдена форма крематорного погребения»\%7 и именно архитектурная форма крематория должна создавать сам новый кремационный обряд. В некотором смысле проект, который предлагал Мельников, своим возвышенным отношением к новой действительности близок концепции Вересаева. Мельников полагает, что кремационное погребение не должно, как это бывает в большинстве случаев, маскироваться под более привычный обряд трупоположения, а значит, после прощания гроб не должен опускаться в открывающийся в полу люк. Архитектор полагает, что должна быть создана новая форма, которая позволит создать иной обряд, не имитирующий традиционный, но соответствующий основным «признакам самого дела». К таким важным признакам кремации Мельников относит экономию и механизацию, но прежде всего — медлительность и чинность. И именно в медлительности и чинности он находит основные признаки культа, будь то религиозного или гражданского. Общая форма любого погребального обряда, по его мнению, «состоит в торжественности, величии — покойник является центром всего ритуала».

Именно поэтому колесница катафалка должна быть запряжена лошадьми («Я не видел покойника, ведомого на автомобиле», — отмечает симпатизирующий техническому прогрессу архитектор), а всей процессии должна быть свойственна медленность, «так как быстро скачущих похорон тоже не замечено» 188.

В проекте крематория Мельникова, действительно, сама архитектурная форма создает похоронный обряд:

Три портала, прикрытых как вуалью стеклянными сенями, ведут в зал. Два боковых из них, чтобы не нарушать торжественности процессий — проходят через ожидальни. Внутри, по середине зала, возвышение, ярко освещенное через купол.

Поставленный гроб на возвышение и окруженный близкими родственниками, виден со всех точек зала. После окончания обряда и прощаний с покойником, делается сигнал к захоронению.

И в то время, когда гроб будет медленно опускаться, сила дневного света начнет тускнуть при помощи опускания верхнего купола.

Продолжение опуска гроба видно через стекла под возвышением, в котором в этот момент, когда кругом будет густой полумрак — зажигается яркий электрический свет.

Всем присутствующим отчетливо и ясно виден гроб и его движение к печи.

Процесс сжигания присутствующие, циркулируя по полумаршам лестниц под возвышением, наблюдают через контрольное окно, и, после окончания, пепел, ссыпанный на их глазах в капсюль — запечатывается родственниками.

Психологические воздействия заканчиваются одновременно с реальными действиями и тем самым замыкается и конец КРЕМАТОРНОГО ПОГРЕБЕНИЯ j_89.

Что собой представляли «красные» похороны?

Приведенные выше размышления публицистов и политиков о том, какими должны были стать новые обряды жизненного цикла, конечно, во многом были основаны на осмыслении в действительности имевших место случаев «красных» похорон, свадеб и «крестин». Однако в этих текстах новые обряды представлены абстрактно, и по ним трудно судить о том, что они собой представляли на самом деле и насколько и кем они были востребованы. Изучение этой темы затруднительно еще и потому, что многие этапы эволюции похоронного обряда в первые советские годы плохо документированы и их приходится восстанавливать по кратким заметкам и некрологам в местной печати, дневникам и мемуарам. Эти публикации дают нам редкую возможность посмотреть на феномен «красных» похорон глазами современников и понять, какова, с их точки зрения, была прагматика нового обряда, какие его элементы представлялись особенно важными и как он воспринимался окружающими.

Ил. 11. Похороны с оркестром. Из личного архива автора