Нужная вещь

Конечно, до окончания строительства было еще далеко, и это являлось одной из причин ностальгии. Однако Хьюстон, всем новостройкам новостройка, был самым подходящим местом для расширения космической программы. Через некоторое время вы начинали ценить энергичность и чувство размаха хьюстонцев. А «Лесное убежище», «Бухта Нассау» и другие новостройки вдоль Чистого озера выглядели совсем не плохо. На самом деле они были просто шикарными по сравнению с тем, что имелось почти на всех воздушных базах, а местные жители в этой бывшей сельской местности оказались действительно хорошими людьми. Две трети сотрудников НАСА уже занимались проектами «Джеминай» и «Аполлон» — началась мощная подготовка к поражению Советов на Луне. Только вообразите, что ожидало человека, первым ступившего на Луну!.. И парни могли себе это представить. Достаточно было посмотреть на Джона Гленна. Гленн не был первым или даже вторым человеком, облетевшим вокруг Земли, — он был всего лишь первым американцем, сделавшим это. Тем не менее его статус был беспрецедентно высок. Кое-кто из парней подозревал, что Гленн подумывает стать президентом. (И мнение это не было притянуто за уши; в конце концов, занял же Давид трон Саула.) Гленн теперь вращался в мире Кеннеди, Джонсонов, сенаторов, конгрессменов, иностранных чиновников, глав корпораций и особо важных персон всех мастей. Джон Гленн был, вероятно, самым знаменитым и самым почитаемым американцем в мире после самого Джона Кеннеди. Да, парни всё это понимали! Спросите хотя бы Эла Шепарда! — хотя, конечно, никто этого не делал.

Эла теперь готовили как дублера для полета Гордона Купера, который намечался на май 1963 года. Гордону, замыкавшему очередь, достался последний полет в серии «Меркурий» — тридцать четыре часа, двадцать две орбиты. Этот полет должен был вовлечь Соединенные Штаты в состязание с Советами, в активе которых имелись полеты из семнадцати, сорока восьми и шестидесяти четырех орбит. Первоначально планировалось четыре затяжных полета, последний из которых — продолжительностью три дня. А на роль пилота намечался Шепард. Он отчаянно хотел совершить орбитальный полет. Его суборбитальный полет, как и полет Гриссома, теперь казался ужасно незначительным. А что касается Гаса, то он уже включился в программу «Джеминай» и проводил массу времени в Сент-Луисе, где Макдоннелл строил космический корабль «Джеминай». Гас уже забыл разочарование своим полетом и с головой ушел в программы «Джеминай» и «Аполлон». Его другу Дику было поручено отобрать астронавтов для двух новых программ, и он всей душой отдался работе — не только потому, что наслаждался вновь обретенной властью. Главное в другом: что он будет прослеживать течение каждого полета от начала и до конца, он познакомится с каждой деталью каждой миссии. Дик отчаянно верил в то, что это только дело времени — одного медосмотра, двух медосмотров или одного года, — после чего он вновь обретет свое былое положение. А Уолли — тот действительно был на высоте. Его полет по-прежнему считался блестящим примером оперативного космического полета.

Его приводили в доказательство того, что 22-орбитальный полет Купера вполне возможен. Уолли не мог вести себя лучше: он был настолько опытен и хладнокровен, что дальше некуда.

Уолли завершил свой полет в разгар кубинского ракетного кризиса. Целую неделю Кеннеди и Хрущев раскрывали свои карты, и казалось, что мир находится на грани ядерной войны. Но потом Хрущев отступил и убрал все советские ракеты с Кубы. После этого обстановка стала значительно спокойнее. Парни, как и все, замечали, что повсюду говорилось о запрещении ядерных испытаний и о сотрудничестве в космосе в какой бы то ни было форме. Но, по правде говоря, это казалось обычной болтовней. 11 мая, за четыре дня до полета Купера, Линдон Джонсон, как и в октябре 1957-го, когда был запущен первый спутник, выступил с речью. Отвечая на обвинения ряда бизнесменов в слишком высокой стоимости новых программ «Джеминай» и «Аполлон», он сказал:

— Я не хочу засыпать при свете коммунистической луны.

Боже мой, это гораздо хуже, чем спутник: каждую ночь над головой проплывает серебристая луна, оккупированная русскими.

Что же до самого Гордо, то он уже взошел на вершину мира. Среди его братьев были те, кто в нем сомневался, но он в себе не сомневался никогда. Он снова купался в сиянии своего света. Он последним из семерых отправляется в полет? Ну и что? Ведь это не соревнование — всю эту чепуху выдумали журналисты. Шепард, Гленн и другие просто подготовили дорогу для его затяжного полета. Возможные опасности? Они ничуть не беспокоили его с самого начала.