Нужная вещь

Однажды Гленн заявился в офис Уэбба в Вашингтоне и сообщил ему, что собирается внести изменения в свой личный график. Он больше не будет совершать поездки для НАСА по просьбам каких-нибудь конгрессменов или сенаторов. Он больше не станет летать через всю страну, ходить по улицам и стоять на трибунах, чтобы угодить какому-нибудь конгрессмену, которому нужны голоса или что-то еще. Это не была просьба. Гленн просто дал Уэббу понять, как теперь все будет происходить. Он просто изложил правила. И принять их Уэбб мог лишь ценой потери авторитета. Уэбб ответил взвешенно, хотя и немного раздраженно. Послушай, Джон, мы не посылаем тебя куда-нибудь лишь потому, что этого хотят конгрессмены. Мы направляем тебя туда потому, что это нужно НАСА. Поддержка конгрессменов сейчас крайне необходима, это одна из самых важных вещей, которую ты можешь сделать для программы. Гленн ответил, что, тем не менее, он больше не будет совершать таких поездок. Уэбб начал краснеть. Он сказал, что если Джон получил соответствующие инструкции, значит, должен выполнять свои обязанности. Гленн заявил, что Уэбб ошибается, и продолжал стоять на своем.

Уэбб не стал доводить ситуацию до крайности. Он просто дал буре разразиться. А когда она утихла, все поняли, что администратор НАСА не является начальником в своем кабинете, пока там находится Джон Гленн. Гленн не отступал и не извинялся. Вовсе нет. Он ясно дал понять, за кем последнее слово.

Именно Джон Гленн сразу понял: проект «Меркурий» — это что-то вроде нового рода войск, несмотря на его гражданскую окраску. Было бы значительно проще, если бы люди из НАСА присвоили всем формальные звания. Тогда бы такие, как Уэбб, наконец поняли, где их место. У семерых астронавтов могло быть звание Генерала поединка — с почестями и привилегиями «пятизвездочного» генерала, но без обязанностей по части командования. А его самого, считал Гленн, после первого орбитального полета стоило бы повысить в звании до Генерала галактического поединка, что немного выше начальника штаба Вооруженных сил и чуть ниже главнокомандующего. А Уэбб, администратор НАСА, всего лишь «двухзвездочный» генерал и должен понимать, как следует обращаться с Генералом галактического поединка Гленном. Астронавты-новички, такие как Конрад, Ловелл и Янг, могли бы носить звание майора с быстрым продвижением в случае успешного завершения полетов.

Это значительно упростило бы положение и для жен. Ибо, как бы они ни отрицали этого в разговорах, многие из жен «первых семерых» реагировали на прибытие «следующих девяти» и их жен… в точности как персонажи одной истории, которую здесь часто рассказывали. Она касалась жен группы флотских летчиков, только что переведенных на новую базу. Командир, которому было поручено прочесть женщинам ознакомительную лекцию, сказал:

— Прежде всего, леди, я прошу вас рассесться в соответствии со званием: высшие звания — в первом ряду и так далее.

Женщинам понадобилось целых пятнадцать минут, чтобы разобраться и поменяться местами, так как они почти не были знакомы. Когда они наконец расселись, командир в упор посмотрел на них и произнес:

— Леди, это было самое смешное зрелище за всю мою военную карьеру. Позвольте мне сообщить вам, что, независимо от звания ваших мужей, у вас самих никаких званий нет. Вы все равны, и будьте любезны соответствующим образом относиться друг к другу.

Жены посмотрели на инструктора взглядом, полным крайнего изумления, и все одновременно подумали: что это за идиот и на какой планете он служит? Ибо неписаные правила соглашения офицерских жен были известны всем. Жена военного росла в звании вместе со своим мужем и тут же получала все полагающиеся почести и преимущества. И нужно быть полной дурой или простодушной размазней, чтобы не понимать этого. Для таких, очевидно, и предназначались подобные ознакомительные лекции.

Кроме того, по соглашению жена младшего офицера не должна выставлять слишком напоказ стиль жизни своей семьи, чтобы он не затмевал стиль семей более высокого ранга. Именно поэтому «следующие девять» стали раздражать некоторых жен «первых семерых» и кое-кого из самих семерых астронавтов. Их раздражало то, какие потрясающие дома тут же купили многие из «следующих девяти». Именно здесь, в «Лесном убежище», они просто купались в привилегиях! Когда «первые семь» вырвались из унылой жизни младшего офицера, им это казалось блестящим подвигом и заслуженной наградой за победу в соревновании, за то, что их выбрали «первыми семерыми». Они находили нечто отвратительное в поведении новичков: как только парня назначали астронавтом, он и его семья начинали считать себя вправе претендовать на золотые бульвары Небесного города, словно он принадлежал им.