О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

«Бывали дни, — говорит нам свидетель в другом месте, в похожих обстоятельствах, — когда я видел, как он ужасно страдал, как его мучила мысль, что Господь Бог не любим. Он вставал на колени и умолял, чтобы я, хотя бы я любил бы Его. „Мне нужно внушать любовь к Господу Богу. Дайте мне это утешение, полюбите Господа Бога. Я бы хотел, чтобы наши души общались в совместной любви к Богу“».

Вы можете догадаться, что сможет совершить такая сила любви. «Выбор тех, за кого мне молиться, за Иисусом. Иногда меня привлекают к душе, с которой я совсем не знаком или познакомлюсь позже». Мы находим здесь все тот же тип общения сквозь пространство и время, который мы уже видели на предыдущих примерах (Анна-Екатерина Эммерих, Тереза Нойманн и Фаустина Ковальска). Но такая поддержка, конечно, предполагает прохождение через испытание, через страдание. Сопротивление искушению обычно предполагает не просто предпринятое усилие, но пережитое страдание, болезненный отказ от чего-то. Когда воля грешника «заперта», «заключена» в воле аббата Делажа, то помогающая сторона тут не только посылает любовь, необходимую для того, чтобы противостоять искушению, но и сама торжествует над ним в собственной душе и в душе грешника, соучаствуя в том усилии, которое грешник уже совершил самостоятельно, потому что за пределами пространства и времени их души совпадают.

«Я все больше и больше счастлив от страдания за внутренние души», — признается он. И еще раз: «Я не могу взять на себя ваше испытание, потому что у меня не хватает щедрости и потому что Господь Бог не просит меня об этом. Без Его повелений я ничего не могу сделать». Через несколько месяцев искушение прошло, и лишь годы спустя аббат Делаж намекнул на то, что тогда произошло: «Не так уж важно, несли вас на себе или же вы дошли своими ногами, важно лишь, что вы достигли цели»[238]. Я совсем не верю тому, что у аббата Делажа не хватало щедрости, но он, конечно, прав в своей готовности действовать только по повелению Бога.

Мари де ля Трините (1903–1980)

Мари де ля Трините, доминиканская монахиня-миссионерка, всю свою жизнь разрывалась между двумя главными внутренними потребностями своей жизни: склонностью к созерцанию и пребыванию в абсолютном одиночестве — и теми сложными задачами, которые ставило перед ней руководство ордена. Из-за этого внутреннего конфликта она множество раз оказывалась пациенткой психиатров. Но это не мешало ей чувствовать постоянную радость от постоянного пребывания в ней Христа и написать об этом прекрасные тексты. Вот как Христос объяснил ей смысл молитвы за других. Речь идет не об «искуплении», а о «восполнении»: «Потому что Я избрал тебя не для того, чтобы искупить зло, но чтобы восполнить недостающее добро». Поэтому речь тут идет не о компенсации за грех в виде добровольного страдания, понесенного в качестве наказания вместо грешника, но о взятии на себя части того усилия обращения, которое сам он так и не сумел совершить. Но и тут восполнение все еще предполагает действие на расстоянии и, чаще всего, такое, о котором заинтересованная сторона даже не подозревает.

В другом месте она говорит об этом довольно подробно:

«Однажды, когда я молилась, смущаясь несовершенством своей молитвы и тем, что она даже для меня совершенно недостаточна, Господь мне сказал: „Восполни за них по твоей слабости. А Я восполню за тебя по Своему всемогуществу“, что означало, что мне не стоит останавливаться перед этой слабостью, несмотря на несовершенство, но дерзать, уповая на то, что Он Сам восполнит то, чего не хватает моей попытке восполнить других». И тут снова смысл ясен: так же как мы можем восполнить то, чего не хватаете другим, точно также, поскольку наше восполнение будет всегда недостаточным, Христос в нас Сам восполняет то, чего не хватает нам.

Поскольку она всегда сожалела, что не может стать священником, Христос однажды ей сказал:

«Я ожидаю от тебя жертвоприношения молитвой, не столько ради них, сколько во имя их (= не столько к их пользе, сколько восполняя их долю через Меня)». Наша молитва действует на расстоянии в сердце того человека, за которого мы молимся, чтобы помочь ему открыться Божьему действию в нем[239].

Мы видим тут все тот же «механизм» действия на расстоянии, который испытал на своем опыте и аббат Делаж.