Читаем О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых полностью

«Да сбудется слово Иисусово, которое сказал Он, давая разуметь, какою смертью Он умрет» (Ин 18: 32).

«…вскоре не увидите Меня, и опять вскоре увидите Меня? Истинно, истинно говорю вам: вы восплачете и возрыдаете, а мир возрадуется; вы печальны будете, но печаль ваша в радость будет» (Ин 16: 19–20).


Даже просто читая эти тексты, вы, конечно, уже заметили, что Христос не претерпевал Страсти, как кто-то, захваченный врасплох, попавший в ловушку, против воли. Повторения, почти дословные, переходящие из одного Евангелия в другое, соответствуют, вероятно, тем изначальным записям, которые уже начали тогда распространяться по Палестине. Это, видимо, и есть тот самый знаменитый источник (Q), предполагаемый экзегетами. Повторения эти лишь доказывают, что каждый из евангелистов понял важность этих слов. Очевидно, что Христос с момента избрания апостолов прекрасно знал, какие испытания Его ждут. Возможно, Он не знал всех подробностей, но понимал, что должен будет претерпеть ужасные страдания, что Его отвергнут старейшины, книжники и первосвященники, вплоть до смерти, и что после Он воскреснет. Это то, что в Евангелии от Иоанна он называет «час сей», и именно ради этого «часа» Он и пришел в мир. Этот «час» важнее даже всей Его проповеди, потому что лишь принесением Себя в жертву, а не учением человеческим, «князь мира сего изгнан будет вон».


Но, чтобы Он нас спас, борьба эта должна стать и нашей борьбой. Речь идет о полном обращении наших сердец и мира, и такое обращение совершается не пустыми речами о всеобщей и универсальной любви, но жестокой битвой с самими собой, иногда до смерти. И в центре этой битвы, в центре нас самих, в центре голохронной голограммы — Христос.

<p>Христос вобрал в Себя все человечество</p>

Я приведу для начала только два примера, в них такое присутствие Христа в грешнике, которого Он хочет освятить, доходит даже до физического проявления, причем весьма показательного.


Святая Екатерина Сиенская (1347–1380) рассказала на исповеди своему духовнику о целом ряде необычных мистических феноменов, которых ей выпала честь удостоиться. Ее духовник, Раймон де Капу, начал в этих феноменах сомневаться. Вот как он рассказывает об этом сам: «Я задавал себе вопрос: следует ли верить всему, что она говорит? Пока я так сомневался и смотрел на нее, вдруг ее лицо изменилось и превратилось в лицо сурового человека, посмотревшего на меня так, что меня объял страх; овал этого лица говорил о полноте жизни; не очень густая борода была цвета пшеницы, и все выражение этого лица было отмечено тем величием, которое выдает присутствие Бога. Невозможно было заметить за этим лицом какое-то другое. Я был потрясен и вскричал, подняв руки: „О! Кто на меня сейчас смотрит?“ Екатерина ответила: „Сущий“. И тотчас видение исчезло, и я снова ясно увидел лицо Екатерины, которого перед тем не мог различить»[250].


Святая Екатерина де Риччи (1522–1590) дает нам еще один пример такого явления. Она молилась в церкви. Другая монахиня заметила, что она находится в измененном состоянии сознании, слившись в хвале с Богом. Она решила воспользоваться этим и попросила у нее благословения, сначала для себя, а потом для многих других людей. Оставаясь все в том же состоянии восхищенности, Екатерина ответила на все ее просьбы, но под конец спросила: «„Как ты думаешь, кто я, сестра Екатерина или Иисус?“ Я ответила со слезами: „Иисус“ … Это повторялось три раза. Она меня спрашивала, и я отвечала точно так же, поскольку видела, что ее лицо стало лицом Иисуса, столь прекрасным, что мне не хватит слов его описать: и я повторяю, что это было лицо не сестры Екатерины, а Иисуса»[251].

Но, конечно, по-настоящему нас интересуют вещи другого уровня. Речь идет о духовном присутствии Христа в грешнике, вплоть до того, что Он делит с ним испытания, чтобы их тем самым освятить.


Святая Мехтильда из Хакеборна (1241–1299) была больна и ужасно страдала, когда Господь явился ей, одетый в белое одеяние, подпоясанное зеленым поясом. Когда в удивлении она спросила Его, что значит это видение, Он ответил: «Вот, Я облекся в твои страдания. Пояс означает, что ты окружена болью: он доходит тебе аж до колен. Я растворю в Себе все твои страдания, Я буду претерпевать их в тебе. Тем самым Я принесу жертву, угодную Богу Отцу, потому что твои страдания станут частью Моих Страстей… Не бойся, не беспокойся, потому что на самом деле все, чем ты страдаешь, претерпеваю Я; также относящейся к Себе считаю Я и всю ту поддержку, которую ты получаешь от людей; Я отблагодарю за нее так, как если бы ее оказывали Мне»[252].

Перейти на страницу:

Все книги серии Независимый альянс

«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы
«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы

Станислав Минаков, член Союза писателей России, Русского ПЕНа (Москва), лауреат международных литературных и журналистских премий, собрал свои эссе, статьи разных лет, посвященные военной теме в русской советской поэзии и песне, а также кинематографе. Эти произведения опубликованы, начиная с 2005 г., в сборниках, журналах, альманахах разных стран, а также на сайтах интернета, частично прочитаны — в разные годы — в качестве докладов на Международных конгрессах Фонда Достоевского «Русская словесность в мировом культурном контексте» и лекций в Белгородском государственном литературном музее, учебных заведениях Белгорода. Авторская орфография является значащей частью произведений.

Станислав Александрович Минаков

Публицистика / Литературоведение / Проза о войне
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

Автор этой книги, современный французский богослов, священник Франсуа Брюн, не боится ставить самые острые вопросы, непосредственно касающиеся каждого из нас: В чем смысл страдания? Что нам делать перед лицом собственного страдания и страдания близких? Как соотнести неизбежность страданий в этом мире и страдания Самого Бога, Страсти Христовы, с мыслью о том, что Бог есть Любовь? При этом автор на протяжении многим страниц спорит с представлением о Боге как о неумолимом правителе, требующем от нас страданий, с юридическим смыслом Страстей как некоего выкупа за грехи.Главная жизненная и мыслительная интуиция автора во всех его книгах — это абсолютная убежденность в том, что мы любимы Богом, безусловно и навсегда, что нам стоит лишь откликнуться на этот призыв ответной любовью, научиться любить, и наша жизнь чудесным образом преобразится. Как же тогда совместить тот факт, что мы любимы, с неизбежностью страданий? Почему в центре христианской картины мира, в которой Бог есть Любовь, стоит Крест и Страсти Христовы? Как одно совместимо с другим? Что такое спасение? Почему оно связано со Страстями? В чем наша роль в таком спасении и в той борьбе добра со злом, что совершается в мире?Над всеми этими вопросами мы можем начать размышлять, открыв эту книгу.

Франсуа Брюн

Религиоведение / Христианство
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже