Очерки по психологии бессознательного

Тот факт, что мужчина наивно приписывает реакции своей анимы самому себе, не понимая, что он не должен идентифицировать себя со своим автономным комплексом, повторяется в фемининной психологии, и даже в гораздо большей степени. Подобная идентификация с автономным комплексом является существенной причиной сложности понимания и описания данной проблемы, не говоря уже о свойственной ей неясности и неизученности. Мы привыкли исходить из наивного убеждения, что являемся единственными хозяевами в своем доме. Поэтому нам необходимо вначале свыкнуться с мыслью о том, что даже наша самая интимная психическая жизнь протекает, так сказать, в доме, в котором есть двери и окна в мир, и хотя сами предметы или содержания этого мира воздействуют на нас, но нам самим не принадлежат. Многие с трудом могут воспринять подобную гипотезу, и с таким же трудом им удается действительно осмыслить тот факт, что психология окружающих людей вовсе не обязательно идентична их собственной. Возможно, читателю покажется преувеличением мое последнее замечание, потому что индивидуальные различия в общем все же осознаются людьми. Следует, однако, учитывать тот факт, что наша индивидуальная сознательная психология развивается из первоначального состояния бессознательности (обозначенного Леви-Брюлем как мистическое соучастие), и, следовательно, она не дифференцирована. Следовательно, осознание различия представляет относительно позднее достижение человечества и, вероятно, относительно малую часть неизмеримо большего поля изначальной идентичности. Различение есть сущность и непременное условие сознания. Поэтому все бессознательное недифференцировано, и все, что происходит бессознательно, действует на основе неразличения, иначе говоря, определение того, что принадлежит, а что не принадлежит самости, отсутствует. Невозможно установить заранее (априори), происходит ли что-либо со мной, с другим или с обоими. Чувство тоже не дает в этом отношении надежных указаний.

Нельзя ео ipso[146] приписывать женщинам неполноценное сознание; оно просто другое, чем маскулинное сознание. Но, подобно тому, как женщина часто легко осознает вещи, которые мужчина еще долго стремится понять, блуждая в потемках своей психики, так же естественным образом и у мужчины есть сферы опыта, которые для женщины еще остаются в тени, а стало быть неразличимы, главным образом по причине отсутствия интереса к ним. Личные отношения, как правило, для нее важнее и интереснее, нежели объективные факты и их взаимосвязи. Обширные области торговли, политики, техники и науки, все царство, где находит себе применение мужской разум, – все это попадает у нее в полумрак сознания, но, со своей стороны, женщина обладает осознанностью, разработанной в мельчайших подробностях в сфере личных отношений, бесчисленные нюансы которых от мужчин обычно ускользают.

Поэтому следует ожидать от бессознательного женщины существенно иных аспектов, чем те, которые мы находим в бессознательном мужчины. Если бы я попытался одним словом обозначить то, в чем состоит различие между мужчиной и женщиной в этом отношении, т. е. то, что характеризует анимус в отличие от анимы, то я мог бы сказать только одно: если анима создает настроения, то анимус – мнения, и как настроения мужчины появляются на свет из темных глубин, так и мнения женщин основываются на столь же бессознательных, априорных предпосылках. Мнения анимуса очень часто принимают характер твердых убеждений, поколебать которые нелегко, или принципов, ценность которых представляется неопровержимой.

Анализируя эти мнения, мы тотчас же сталкиваемся с бессознательными предпосылками, существование которых нужно, однако, еще обосновать, т. е. эти мнения, по всей видимости, выражаются так, словно эти предпосылки уже существуют. В действительности же эти мнения совсем не выражаются, они существуют уже в готовом виде, так что поддерживаются до такой степени позитивно и столь убедительно, что женщине даже и в голову не придет в них усомниться.