Окрыленный мечтой. Николай Зайцев – творец и наставник

Под руководством Н. А. Зайцева и при личном участии В.Л. Химича была разработана энергетическая установка первого в мире полномасштабного морского экраноплана взлетной массой более 500 тонн в составе 10 реактивных двигателей. Испытание этого объекта позволило приобрести необходимый опыт эксплуатации газотурбинных двигателей в условиях морской среды, разработать требования адаптации серийных авиационных двигателей для работы на низколетящих морских объектах, разработать комплекс мероприятий, обеспечивающих надежную работу воздушно-реактивных двигателей в условиях загрязненного воздуха.

Для более глубокого изучения влияния двухфазного потока на входе в воздушно-реактивные двигатели на работоспособность их элементов в условиях эксплуатации в морских условиях при поддержке Н. А. Зайцева В. Л. Химич отправился в Уфу, где и работал доцентом кафедры «Конструкция авиационных двигателей» Уфимского авиационного института и создал специализированную отраслевую лабораторию по изучению и обеспечению работоспособности воздушно-реактивных двигателей при эксплуатации в морских условиях. Реальным результатом этих работ стала разработка конструктивных схем и теоретических основ роторных воздухоочистителей для воздухозаборников воздушно-реактивных двигателей.

В 1970 году Владимир Леонидович Химич вернулся в ЦКБ и продолжил работы по созданию энергетических установок экранопланов. Для каждого из проектов приходилось решать совершенно новые задачи, не имеющие аналогов. На эффективности работ сказался фундамент, заложенный еще Николаем Алексеевичем.

Посвящая львиную долю времени работе, Н. А. Зайцев не забывал о спорте. Он был не только отменным яхтсменом, но и лыжником, отлично играл в волейбол. Благодаря поддержке Николая Алексеевича в ЦКБ сложился отличный спортивный коллектив. Помимо парусного спорта популярностью пользовались виндсерфинг и футбол, дельтапланеризм и горные лыжи, водно-моторный спорт и гребля, спортивное ориентирование и стрельба, бокс и конькобежный спорт и многие другие. Коллектив ЦКБ пополнялся спортивной молодежью.

Н. А. Зайцев и И. М. Шапкин

Э. Г. Мочалов, Н. А. Зайцев и А. В. Васин

Построение яхтсменов перед гонкой ветеранов. 1959 г.

Открытие первой спартакиады ЦКБ по СПК

Р. Е. Алексеев и Н. А. Зайцев в компании яхтсменов

Осенью 1960 года на стадионе «Труд» завода «Красное Сормово» состоялась первая спартакиада ЦКБ по СПК. Атлетов выводил главный инженер ЦКБ – Н. А. Зайцев, а парад принимал ее руководитель – Р. Е. Алексеев. Увлеченные спортом сотрудники ЦКБ по СПК организовывали поездки в Крым, путешествовали по горным рекам Алтая, Урала, Карпат, регулярно участвовали не только в спартакиадах завода «Красное Сормово», но успешно выступали и на районных, городских, областных соревнованиях, а парусники защищали честь города на парусных регатах страны.

Яхтенный спорт в какой-то степени определил модель их рабочих взаимоотношений. Они редкостно благоприятно дополняли друг друга и при этом были очень разными.

Николай Алексеевич был очень азартный яхтсмен, гонялся честно, как-то весело, очень радовался победам, при этом необидно подтрунивал над побежденными, особенно если среди них оказывался Алексеев, не унывал при поражениях. Если Алексеев-яхтсмен был стратегом (сам проектировал яхты, тончайше настраивал паруса), то Зайцев очень тонко чувствовал любую яхту и был великолепным мастером тактической борьбы. (В. Н. Кирилловых)

Вот один из ярких примеров. В 1951 году, после долгого перерыва, соратники в работе и соперники в спорте Алексеев и Зайцев участвовали в Чкаловской гонке. Они сразу оторвались от других участников и всю гонку сражались за лидерство: вперед выходил то один, то другой. Дуэль длилась всю дистанцию, но буквально на последних метрах Зайцев вышел вперед и вырвал победу. Алексеев был удручен результатами гонки и долго на берегу размышлял о своей неудаче. Узнав, когда будет следующий старт, позвал молодых яхтсменов, которые помогли ему вытащить яхту на берег:

– Ребята, принесите дров.

– Откуда взять? – удивились те.

– Да вон, с баржи недавно на берег сгрузили.

Когда дрова были доставлены, Алексеев установил корпус яхты «Русалка» на две опоры (в носу и корме), а в кокпит уложили еще дров, в расчете на то, что за сутки корпус прогнется. Измерив лучинкой расстояние между днищем корпуса и землей, Алексеев покинул станцию «Водник». На другой день пришел и снова замерил. Удовлетворенный, обратился к Зайцеву, который пришел на берег.