Олег Вещий

Ключ был в руках у Олега, теперь можно было двигаться дальше. Следом Олег взял город Любеч и посадил там мужей своих. Всё это случилось в 882 году.

Теперь на очереди был Киев.

Глава 6. «О князи Рустем Осколде»

Так в Никоновской летописи начинается раздел, посвящённый киевскому князю. Я буду называть его Аскольдом, как уже и называл. Так оно привычнее, да и в летописях он чаще встречается под этим именем. Действительно, пришла пора поговорить о князе, незаслуженно забытом и довольно серьёзно недооценённом. Сегодня уже мало кто помнит, кто такой Аскольд. Рюрика помнят, Олега Вещего помнят, Игоря вспоминают, Святослава чтят, а вот про Аскольда совсем забыли, хотя в те времена это была фигура первого плана. Казалось, что Аскольд, постоянно ведущий свои дружины в бой, совершенно неуязвим, что сами боги оберегают его или что он заговорённый. В жарких битвах и далёких походах гибли его бойцы, соратники, даже старший сын, а он оставался цел и невредим и всегда выходил победителем.

Понятно, сколько веков прошло, и многим сердцам, увлекающимся историей, дороже и ближе бессмертный герой Святослав, популярный Рюрик или погибший от собственной жадности Игорь, но в те времена всё было иначе. Не было никого, кто бы мог на равных потягаться с Аскольдом на полях, омоченных кровью отважных бойцов. Он был вихрем грозовым, громом, огнем! И жались по углам враги, и дрожали их руки, держащие оружие, когда слышали они, что на них выступает грозный киевский князь. Громкую он стяжал себе славу.

Кем же он был, правитель, создавший славянское государство, чьей столицей стал Киев? Как сообщает автор написанной в XV веке «Истории Польши» Ян Длугош, «после смерти Кия, Щека и Хорива их дети и потомки по прямой линии господствовали над рутенами в течение многих лет. Наконец наследство перешло к двум родным братьям – Аскольду и Диру, оставшимся управлять в Киеве». Дальше он ведёт речь о Рюрике, чётко проводя разграничение между Русью Южной и Северной. В ПВЛ есть подтверждение этой информации. «После этих братьев стал род их держать княжение у полян» (ПВЛ). Другой польский историк XVI века, Матей Стрыйковский, точно так же указывает на то, что в Киеве издавна правила местная династия: «Когда в Руси, лежащей на юге, Аскольд и Дир, потомки Кия, в Киевском княжестве господствовали, народы русские широко размножились на северных и восточных землях». Эту же версию поддерживает польская Хроника Мартина Вельского. «Киевский Синопсис», составленный во второй половине XVII века архимандритом Киево-Печерской лавры Иннокентием Гизелем, указывает: «Яко по смерти тех трех братий Князей Росских, сыны и наследники их по них долгий век всяк на своем уделу господствоваша; даже потом на их места Осколд и Дир Князие от их же народа наступиша». Под «Князьями Росскими» он имеет в виду Кия, Щека и Хорива, которые и являлись основателями династии.

Поэтому первый вывод прост: Аскольд является наследным киевским князем. Славянином, ведущим свой род от не менее славных предков, коими и был основан город Киев.

При князе Аскольде мощь и значимость Киева неуклонно растёт. Киевский князь принимает на себя титул кагана, уравняв этим себя с владыками Хазарии, которая на тот момент считалась мощным и уважаемым государством. А присвоить себе титул значило повысить свой статус, что в те времена было совсем непросто. Соседи могли обидеться на такое самовольство и пойти на выскочку или зазнайку войной. Но Аскольда это не пугало. Он и сам мог напугать кого угодно. Сам византийский базилевс Василий I называет Аскольда «прегордым каганом северных скифов»! Что неудивительно. Византия была одной из тех держав, куда Аскольд принёс свой меч, сотрясая основы Империи.

Правда, Рюрик Новгородский опередил в этом действии своего киевского собрата. Вид принявши молодецкий, с гордым сверкающим взором новгородский Сокол первым из славянских князей пополнил славные ряды опасных и мощных правителей, именующих себя каганами, влился в их семью. Правда, он пока мог пугать лишь своих подданных и близлежащих окружающих. Тот же византийский базилевс, как хазарский каган, лишь гадать мог, кто такой новгородский каган Рюрик и чем он так страшен и важен. Лично увидеть его, даже без меча в руке, им так и не довелось.

Но вернёмся к Аскольду. Его жизнь была насыщенна, большей частью она состояла из войн и походов. Практически все они завершались победами.