Опасные пациенты. От Йоркширского потрошителя до братьев Крэй: где лечатся и как живут самые жестокие преступники Великобритании

Сатклифф категорически отказывался от лечения до 1993 года. Даже тогда его отношение не изменилось, просто Комиссия по психическому здоровью заставила пациента принимать антипсихотические препараты. В результате его отношения с психотерапевтом стали гораздо лучше. Он проходил когнитивно-поведенческую терапию (КПТ), разговорную терапию и занимался трудотерапией. Больной готовил для других пациентов, мастерил замысловатую глиняную посуду и рисовал сельские пейзажи. Он также обратился к религии, став Свидетелем Иеговы.

Сатклифф, несомненно, реагировал на лечение. В 2006 году Кевин Мюррей, психиатр, отвечавший за его лечение более 13 лет и одновременно главврач Бродмура, указал в отчете, что риск рецидива был очень низким.

Пациентам в Бродмуре не назначают дату освобождения[15], если Сатклиффа переведут оттуда обратно в основную тюремную систему, его освобождение может стать возможным, поскольку он не значится в списке тех 35 человек в английской тюремной системе, которые отбывали пожизненное заключение, а это значит, что их никогда не освободят. Сатклифф получил «только» судебную рекомендацию отбыть минимум 30 лет в тюрьме.

По мере того как психическое состояние Сатклиффа продолжало улучшаться, беспокойство росло как среди семей жертв, так и среди широкой общественности. Если психическое здоровье Сатклиффа восстановилось, то зачем было держать его взаперти? Можно ли его освободить? Это стало гораздо более отдаленной перспективой, когда судья Высокого суда мистер Миттинг постановил в 2010 году, что Сатклифф будет отбывать наказание всю жизнь. Преступник попытался обжаловать это решение, но апелляция была отклонена.

По мнению представителя Верховного судьи, лорда-судьи[16], «явная ненормальность его действий сама по себе предполагает некоторый элемент психического расстройства».

Это интересный момент. Гарантирует ли совершение преступления такого рода автоматически психическое «расстройство»? Значит, это относится ко всем серийным убийцам? И как судья проводит различие между этим и тем видом психического заболевания, которое позволяет уменьшить ответственность? С годами все меньше и меньше людей клинически считаются достаточно психически больными, чтобы их отправили в Бродмур или другие высокозащищенные больницы для душевнобольных. Злое или причудливое поведение больше автоматически не навешивает на преступников ярлык «безумный». Преступные действия, сопровождающиеся необычным поведением, все чаще приводят к тюремному заключению, а не к жизни в психбольнице.

САТКЛИФФ ХОРОШО РЕАГИРОВАЛ НА ТЕРАПИЮ, И В 2006 ГОДУ ПСИХИАТР, ОТВЕЧАВШИЙ ЗА ЕГО ЛЕЧЕНИЕ БОЛЕЕ 13 ЛЕТ, УКАЗАЛ В ОТЧЕТЕ, ЧТО РИСК РЕЦИДИВА БЫЛ ОЧЕНЬ НИЗКИМ.

Смысл этого постановления был предельно ясен. Даже если Сатклиффа когда-либо сочтут достаточно здоровым психически, чтобы не нуждаться в серьезной клинической поддержке, которую предлагал Бродмур, из-за природы и характера его преступлений он проведет остаток жизни в тюрьме.

Одиннадцатого августа 2016 года Сатклифф был признан психически пригодным для возвращения в тюрьму. Благодаря этому решению его перевезли в тюрьму Франкленд в Дареме. Сам Сатклифф расценил этот шаг как «политический». Что, безусловно, верно – перевод в учреждение средней безопасности сэкономил налогоплательщикам сумму в размере четверти миллиона фунтов в год.

В прессе ходили слухи о хитроумном плане Сатклиффа обеспечить себе свободу, используя то, что он определил как юридическую лазейку – притом что он был невменяем, его все еще судили за убийства.

Кеннет Эрскин находился в Бродмуре одновременно с Питером Сатклиффом. Его прозвище Стоквеллский Душитель отражало предпочитаемый им метод убийства семи пожилых мужчин и женщин во время ужасного преступного разгула в 1986 году. Старики в возрасте от 67 до 94 лет были убиты в своих лондонских домах, часто прямо в собственных постелях. Большинство из них также подверглись сексуальному насилию и ограблению. У Эрскина были свои автографы серийного убийцы, вроде переворачивания всех фотографий к стенам. Он также любил скрещивать руки жертв и укладывать их в постель, как будто они мирно умерли во сне.

Как и у многих других пациентов Бродмура, у Эрскина жизнь не задалась с самого начала. Оба родителя бросили его, когда он был еще ребенком, и мальчика бесконечно переводили из одной специальной школы в другую. Эрскин явно сильно заболел за многие годы до того, как ему поставили диагноз и назначили лечение. Во время школьной поездки он пытался утопить других детей. Он также пытался повесить одного из своих братьев и предлагал ему марихуану.