Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

Что будет дальше, если повторится та же самая трагичная ситуация, которая лежит черным пятном на марксистском рабочем движении? Что, если мировоззрение, являющееся его основой, получит неверное выражение своей внутренней сущности, само станет себе помехой, препятствием для развития свободного движения?

Почему эти вопросы являются для нас настолько неотложными, ощущаются как жизненная потребность нашего народа? Не из праздного ли интереса, не потому ли только, что мы видим возможность просто затронуть интересную тему, неисследованную проблему? Нет, напротив. То, о чем мы говорим, необыкновенно важно, так как в итоге может привести к фатальным результатам. В том смысле, что если духовные постулаты, на которые сегодня опирается национал-социалистическое движение, и дальше будут осуществляться в том виде, в каком это делается, то миллионы людей окажутся обманутыми и преданными. И тогда подающее большие надежды движение выдохнется. Тогда его правда станет ложью. Тогда лучшие порывы нашей молодежи будут растрачены впустую. Таким образом, национал-социализм, вне зависимости от того, сознают это его идеологи или нет, стоит перед судьбоносным решением, да и вообще – перед вопросом о своем будущем.

Что удивительно, нет большой разницы – не удивляйтесь – не имеет значения, состоим мы в движении или нет, так как то, что произойдет, во что движение выльется, так или иначе касается нас всех. Говоря совсем точно, нечто должно произойти и настигнуть нас: мы неминуемо с этим встретимся. Но как – это вопрос. Поэтому мы все сосчитаны и востребованы в качестве друзей или врагов. Однако ответственность за наш выбор лежит глубже, чем просто в политической сфере. Она лежит много глубже даже, чем если бы речь шла о любых, пусть даже самых важных, вопросах культуры. Она воистину реальна, а потому мы не можем ограничиваться академическим разбирательством и мировоззренческой проблематикой. Решение, перед которым стоит национал-социалистическое движение, а вместе с ним и все мы, неразделимо связано с борьбой за существование. Борьбой, которая нам как народу навязана. Поэтому мы можем смело утверждать, что оно относится к вопросам религиозного плана.

Наш народ – не некая абстракция, с которой можно делать что угодно. Мы никоим образом не можем от него полностью абстрагироваться. Мы включены в этот высший порядок через Родину и кровь, язык и судьбу. Благодаря им мы посвящены в божественный замысел Творца. Творца, перед которым мы должны за них отчитываться. Они – вверенное нам добро, благо, которое нам должно нести по жизни. И этому благу угрожает ложь.

Чем больше ответственности от нас требует это положение, тем тяжелее груз, который лежит на нас – немцах. Мы стали народом рабов. В этом положении мы имеем право «свободно» прислуживать победителям, и только. В остальном же мы предоставлены сами себе. Из-за Версальского договора, из-за принятия плана Юнга, наконец, мы упустили жизненные возможности грядущих поколений. Да, с нас спросится не только за то, что мы не позаботились о собственной жизни, но и за то, что мы предали одновременно с нашей свободой еще и свободу наших детей и детей наших детей. Потому что план Юнга является планом погибели немецкого народа. Кстати сказать, когда мы, являясь христианами, окажемся призванными к ответу перед Богом, нам поневоле придется вспомнить, как мы, будучи вообще-то в состоянии что-то сделать, заняли выжидательную позицию – в противовес вольному устремлению национальной молодежи. Так что мы должны поддержать его, и иначе поступить нельзя.

Правда, то, что мы стали народом рабов, может оказаться Божьей волей. И – почти наверняка – в бездну нужды мы попали не без Его попущения. Да, тот, кто верит, знает, что за всеми историческими событиями кроется встреча Бога с человечеством; его личное сознание подсказывает, что в роковых событиях настоящего нас постигает Божий гнев, призывающий к покаянию. Но то, что мы должны этому покориться, остаться народом рабов, – это тоже должно воспринимать как его волю? А то, что народность и свобода вскоре могут стать лишь пустым заблуждением? С этим мириться невозможно, и поэтому нам остается самое простое – призыв: «Проснись, бог снегов, не терпящий рабов!».

Речь сначала пойдет не о каком-то конкретном решении, в котором проявится послушание замыслу Творца. Напротив, сначала самым насущным станет вопрос о том, согласуется ли это с волей нации, следующей национал-социализму. Это и станет для нас главным направлением исследования. В первую очередь мы займемся не политическими программными требованиями, а отважимся на анализ жизненных ощущений и духовного содержания национал-социалистического движения. Движение само борется, уделяя этому повышенное внимание, за то, чтобы систематизировать свое сущностное содержание в мировоззрение. При этом оставим в стороне вопрос о том, что есть собственно мировоззрение и не прошли ли окончательно времена мировоззрений.