Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

12. Ввиду огромных человеческих жертв и имущественных убытков, требуемых от нации каждой войной, личное обогащение во время войны должно рассматриваться как преступление против нации. Мы требуем, следовательно, безжалостной конфискации военных прибылей.

13. Мы требуем национализации промышленных трестов.

14. Мы требуем участия рабочих и служащих в прибылях крупных коммерческих предприятий.

15. Мы требуем значительного увеличения пенсионного обеспечения для стариков.

16. Мы требуем создания здорового среднего сословия и его сохранения, немедленного изъятия из частной собственности крупных магазинов и сдачи их в наем по низким ценам мелким производителям, самого строгого учета за тем, чтобы мелкие производители получали общественную поддержку всюду – на государственном уровне, в землях или общинах.

17. Мы требуем проведения земельной реформы в соответствии с интересами германской нации, принятия закона о безвозмездной конфискации земли для общественных нужд, аннулирования процентов по закладным, запрещения спекуляций землей.

18. Мы требуем объявить безжалостную борьбу с преступностью. Мы требуем ввести смертную казнь для преступников против германского народа, ростовщиков, спекулянтов и прочих, вне зависимости от общественного положения, религиозной и национальной принадлежности.

19. Мы требуем замены римского права, служащего интересам материалистического мирового порядка, немецким народным правом.

Было бы заманчиво присоединиться к некоторым требованиям, анализируя их смысл и степень важности. Здесь имеется, например, предложение об участии в прибыли на крупных предприятиях. Древнее (вечное, исконное) требование. Оно вызывает оживленные дискуссии тут и там. Удивляет то обстоятельство, что Готфрид Федер, первый народный хозяйственник движения, придал ему новое толкование, значительно изменившее смысл требования. Участие в прибыли свелось к понижению цен. Это становится понятно из его комментария к критике прочих толкований данного понятия. «Источник требований, связанных с участием в прибыли, кроется либо в корыстолюбии: тогда они являются капиталистическими по своей внутренней сути, – либо в зависти: тогда они становятся марксистскими». Истинное участие в прибыли начинается в том случае, когда дивиденды крупных акционерных обществ перестают выплачиваться акционерам, а заменяются удешевлением товаров и продуктов массового спроса. Почему, например, гигантские Красильные заводы Германии остаются только капиталистической дойной коровой для акционеров общества АО Farbindustrie – монополиста, диктующего свою волю? Оно в лучшем случае делится доходом со своими рабочими и служащими, одновременно повышая цены.[118] В чем состоит суть участия в прибыли? В ликвидации незаработанных доходов. При ближайшем рассмотрении таковые оказались тоже весьма многогранным понятием. Разве не бывает незаработанных доходов, полученных благодаря одаренности, таланту, счастью или случаю? В суть этой проблемы не вникают. Однако есть еще вопрос трудности практического осуществления. Как на него ответить? «Как скоро в национал-социалистическом государстве решится вопрос участия в прибыли, здесь не обсуждается».[119] Остается только понижение цен, волшебное слово, посредством которого и осуществляется наделение доходом национального производства народных масс.[120] Разве это не своеобразное истолкование? Следует ли только отречься от огосударствления трестов? Именно здесь, возможно, содержится попытка перехода к фашистской корпоративной организации хозяйства; обозначение единства как «вероятного синтеза мощи и авторитета государства с капиталистической экономической системой».

Есть и другие частные вопросы: трудовая повинность, земельная реформа, рабочие поселения… Каждое требование – проблема. Должны ли быть поделены сельскохозяйственные крупные предприятия? Нет! Поскольку задуманный здесь государственный социализм одновременно признает значение центрального руководства в хозяйстве. Но лучше оставим эти частности.

Такой же сложной проблемой при ближайшем рассмотрении оказываются и требование охраны старости в системе всеобщего огосударствления системы пенсионных выплат, и борьба против неопределенности судьбы стариков, и другие вопросы. Эта проблема ни в коем случае не должна толковаться двусмысленно.