Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

Итак, вот мы и добрались до ключевого момента. В августе 1934 года Адольфу Гитлеру и его партии удалось связать Германию, что называется, по рукам и ногам. Сковать невидимыми кандалами, более прочными, чем любое железо, – укоренившимся в национальном сознании представлением о чести и верности. Игра была сыграна, и лидер правящей партии мог спокойно выложить на стол если не все карты, то по крайней мере большую их часть: позиции НСДАП были с этого времени просто неуязвимы. Ни в одной другой стране подобная интрига не принесла бы плодов, но немцы – сентиментальные романтики, мыслители, философы, изобретатели и в то же время лучшие солдаты западного мира – всегда были несколько особенной, не такой, как другие, необычной нацией. Эта их необычность, привязанность к четко сформулированным представлениям и идеалам (чтобы не сказать – зависимость от них) стала для них ловушкой. Будучи не в состоянии нарушить клятву верности, они следовали за своим вождем даже тогда, когда любовь и благодарность к нему остались в прошлом. Просто потому, что не умели иначе.

Девиз на кинжале и мораль для избранных, или О том, что самый благородный девиз – это еще не все

…Чтобы всех отыскать,

Воедино собрать

И единою черною волей сковать…

Дж. Р. Р. Толкиен. «Властелин колец»

В большей степени, чем к кому бы то ни было, все сказанное выше о верности относится к членам организации, ставшей становым хребтом Третьего рейха, – СС. Членам структуры, пронизавшей насквозь всю государственную систему. Впрочем, разумеется, не ко всем. Оговоримся сразу, что о служащих карательных подразделений речь не идет в принципе. Точнее сказать, о них мы поговорим чуть позже, в специальном разделе. Просто потому, что они не поддаются никакой классификации, и даже в их принадлежности к роду человеческому хочется иногда усомниться. Здесь же речь пойдет в первую очередь о гвардии. О войсках СС – элите из элит гитлеровской Германии.

Ее отличие от элит традиционных в первую очередь – в принципе формирования. Критерием, по которому судили о пригодности или непригодности того или иного немца к службе в ордене, были не интеллектуальные способности и не родовитость, не размер состояния, но физическое здоровье и чистота происхождения. По замыслу главы охранных отрядов гвардия должна была состоять только из чистокровных немцев, была призвана аккумулировать лучшие гены германской нации. Как следствие, в рядах ее были собраны представители самых разных социальных слоев, носители весьма разнообразных представлений о жизни, о том, что является благородным, а что – бесчестным. Крестьянин, дворянин, рабочий – для руководства СС было безразлично, лишь бы кандидат мог доказать свое чисто германское происхождение на протяжении необходимого числа поколений. Однако такого рода идейный разброд среди членов ордена был, мягко говоря, нежелателен. Гвардии Третьего рейха необходимо было единое мировоззрение, единые взгляды. Впрочем, это не новость: гвардейские подразделения любой державы имели свой собственный внутренний кодекс, отчасти зафиксированный в виде циркуляров и распоряжений, а отчасти – неписаный, как правило, более жесткий и четкий, чем общепринятые правила. Так было и в организации, возглавляемой Генрихом Гиммлером. Девизом, главным постулатом, формировавшим поведение солдат ордена, была фраза «Мою честь зовут Верность», выгравированная на форменном кинжале. Ничего иного, кроме верности, причем верности неограниченной, готовности не раздумывая пожертвовать собой, если это необходимо для дела, от них не требовалось. Войска СС должны были быть в состоянии выполнить решительно любую задачу, пусть даже она считалась невозможной, непосильной для обычных людей. Впрочем, расходным материалом гвардейцы не были никогда: во-первых, воспитание и обучение «универсальных солдат» стоило государству довольно дорого, а во-вторых, попусту терять столь тщательно отобранных чистокровных немцев руководители рейха отнюдь не желали.