Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

То, что военная карьера его прервалась в связи с поражением Тройственного союза в Первой мировой, здорово подкосило кадрового офицера. Всего несколько лет гражданской жизни, довольно тяжелой и бедной, – и Карл Мария Вилигут был уже не на шутку болен. Его фантазии, бывшие сначала, по-видимому, всего лишь прихотливой игрой ума, стали для него более реальны, чем окружающий мир. Он страдал манией преследования, считал, что на него идет настоящая охота со стороны поклонников Вотана, евреев и христиан. К середине 20-х годов иметь с ним дело стало практически невозможно: отставной офицер сделался вспыльчивым и буйным. Настолько, что вскоре был против своей воли помещен в психиатрическую лечебницу с диагнозом «шизофрения, мегаломания и паранойя», а городской суд Зальцбурга объявил его недееспособным. Заявить, что лечение оказалось успешным, – значило погрешить против истины, но тем не менее спустя какое-то время Вилигута выписали из больницы. Оказавшись в 1927 году на свободе, он с головой ушел в мистику. То, что раньше было не более чем увлечением, интересом, стало для него смыслом жизни, основным предназначением. Вилигут связался с венскими оккультистами, опубликовал несколько статей, писал стихи и поэмы, пользуясь псевдонимом «ярл Видар». Для того чтобы оживить свое воображение, подхлестнуть родовую память, в которую он теперь уже и сам верил безоговорочно, принимая любые свои, подчас болезненные фантазии за подсказку со стороны мудрых предков, он стал принимать различные стимуляторы и наркотики, еще более обострившие течение его болезни. К началу 1930-х годов Карл Мария Вилигут просто перестал существовать как личность. Он вел себя так, как будто и впрямь был носителем древнего знания, его проводником, вратами, сквозь которые мудрость забытых веков входила в наш мир. Говорить всерьез об исследовании Вилигутом рун просто нет оснований: единственным подтверждением истинности произносимых им сентенций служили его же собственные утверждения о том, что они истинны.

Однако будь ты хоть трижды маг и жрец древних богов, а объявление недееспособным, не позволяющее самостоятельно даже платить по счетам, мешает жить чрезвычайно. Это и было одной из причин, почему через несколько лет, в начале 1932 года, Вилигут оставил семью, покинул Австрию и отправился в Германию, туда, где решение о его недееспособности не имело никакой силы. Там он практически сразу попал в поле зрения рунических мистиков «Общества Эдды» и руководства охранных отрядов НСДАП. Вокруг полубезумного мага образовался целый кружок почитателей, считавших его родовую память источником непревзойденной мудрости. Один из его почитателей и познакомил Вилигута с Генрихом Гиммлером. Знакомство вскоре переросло в настоящую дружбу, и австрийский мистик получил приглашение войти в состав созданного при гиммлеровской организации института, призванного изучать наследие предков – «Аненербе».

Должность при этом он занял высокую – стал главой отделения древней и ранней истории Главного управления по делам расы и переселения. Обязанности же его были просты – фиксировать все, что удастся извлечь из родовой памяти, уже ставшей благодаря стараниям «Общества Эдды» легендарной. Полученные в результате тексты – размышления об устройстве мира, стихи на мифологические сюжеты, молитвы на готском языке, рассказы о древней истории германской нации и т. д. – заботливо сохранялись для дальнейшего изучения и, возможно, использования.

Впрочем, власть и влиятельность Вилигута оказались недолговечными: в 1939 году до Генриха Гиммлера дошли не афишировавшиеся ранее сведения о психическом заболевании обладателя памяти предков, и он был вынужден срочно принять соответствующие меры. Вайстор был тотчас уволен из СС, отстранен от участия в любых проектах и изгнан из Вевельсбурга. Всякие отношения между ним и Гиммлером прекратились. Мелкие доносы о наркомании и алкоголизме вевельсбургского мага Генрих Гиммлер мог пропустить мимо ушей и, как говорится, замять, однако диагноз «шизофрения» – это было уже чересчур: как раз в конце 1930-х годов руководство НСДАП активизировало деятельность по проведению в жизнь «Закона о предотвращении рождения наследственно больного потомства».[35] Шизофрения стояла на одном из первых мест в списке заболеваний, носители которых подлежали стерилизации или изоляции. И вдруг такой конфуз – подобный диагноз у высокопоставленного эсэсовского функционера, имеющего непосредственное отношение к самым важным и тайным ритуалам ордена! Тут не могла помочь даже дружба с рейхсфюрером СС. Единственное, что он мог сделать для своего наставника, – скрыть истинную причину увольнения: официально Вилигут вышел в отставку по причине преклонного возраста и слабого здоровья.

Неоязыческие ритуалы, «восстановленные» национал-социалистами, были весьма зрелищным действом