Орден СС. Иезуиты империи. О чем не принято говорить

Местные части полиции безопасности и СД продолжали свою работу на оккупированных территориях после того, как они переставали быть театром военных действий. Полиция безопасности и СД занимались местными арестами гражданского населения в этих оккупированных странах, заключали большое число этих арестованных в тюрьмы, где их содержали в нечеловеческих условиях, подвергали зверским допросам третьей степени и посылали многих из них в концентрационные лагеря. Управления полиции безопасности и СД использовались в проведении в жизнь программы рабского труда. Управления гестапо внутри Германии несли функции надзора над рабочими, вывезенными в Германию для рабского труда, и отвечали за привлечение к ответственности тех, кто отсутствовал на месте работы. Местные управления полиции безопасности и СД также принимали участие в совершении военных преступлений, заключавшихся в убийстве военнопленных и жестоком обращении с ними, советских военнопленных, находившихся в лагерях для военнопленных в Германии, проверяли эйнзатц-команды, которые действовали в соответствии с указаниями местных управлений гестапо. Комиссары, евреи, представители интеллигенции, «коммунисты-фанатики» или даже те, кого считали неизлечимо больными, рассматривались как «нетерпимые элементы» и уничтожались. Гестапо и СД использовались для целей, которые являлись преступными и включали преследование и истребление евреев, зверства и убийства в концентрационных лагерях, эксцессы на оккупированных территориях, проведение программы рабского труда, жестокое обращение с военнопленными и убийство их».

Странное обвинение. Было бы понятно, если бы его выносили представители интеллигенции, гражданские лица. Но ведь в состав трибунала входили военные, которые не могли не знать о специфике деятельности спецслужб, характерной для всех стран. О концентрационных лагерях разговор отдельный, и этой темы мы коснемся немного позже: политику уничтожения по расовому признаку сложно не признать преступлением. Те, кто принимал решения подобного рода, а уж тем более осуществлял их – настоящие маньяки-убийцы. Однако остальные пункты обвинения – будь суд и впрямь справедливым, а не закамуфлированной расправой победителей над побежденными, – могли быть обращены против стран-обвинителей. Зверства и убийства в концентрационных лагерях, издевательства над военнопленными и их убийство, рабский труд в концентрационных лагерях – это не «фирменные» проявления Третьего рейха. Прежде чем выдвигать такие обвинения, представителям советской стороны стоило надеть темные очки, чтобы не встречаться ни с кем взглядом. Да и западные союзники могли бы помолчать о жестокой ликвидации внутренней оппозиции. Джордж Оруэлл недаром написал роман «1984»: он вполне ясно видел, что Запад постепенно скатывается к владычеству «Министерства правды» и «Министерства любви». Но вернемся к структуре СС.

СД, после того как Гиммлер получил возможность усилить ее при помощи опытных кадров, представляла собой организацию более чем солидную. Партийную службу безопасности пришлось даже разделить на два отдела – внутреннюю СД и внешнюю. Внутренняя, под руководством группенфюрера СС Отто Олендорфа, по-прежнему составляла доклады об умонастроениях и поведении населения, его реакции на политику, проводимую партией. В ее состав входила также породившая массу легенд и слухов «Группа G», специализировавшаяся на шпионаже в высшем обществе, – Джеймсы Бонды гитлеровской Германии. Внешняя, которой «рулил» сперва Гейн Йост, а с 1941 года Вальтер Шелленберг, представляла собой внешнюю разведку. Еще одной из функций ведомства Шелленберга была подготовка диверсий и «материального, политического и морального саботажа» в зарубежных странах. В этом направлении сотрудники внешней СД были более чем продвинутыми специалистами. Так, в 1941 году, в самом начале войны против СССР они вызвали настоящую панику в советских «соответствующих органах», забросив через линию фронта группу диверсантов, закамуфлированных под милиционеров. Упоминание об этом сохранилось даже в нашей центральной прессе, в сводках Информбюро. Ловили лжемилиционеров, наверное, несколько месяцев, и насколько активно они успели за это время «потрудиться», сведений нет. Впрочем, организация Мюллера тоже периодически работала в этом направлении, ориентируясь, правда, больше не на саботаж, а на провокации. Достаточно вспомнить блестяще проведенную операцию в Гляйвице, давшую формальный повод для нападения на Польшу.