Осень 1914 года. Схватка за Польшу

Гинденбург получил данные о том, что в настоящий момент в Варшаве находится только пара второочередных резервных дивизий, да по левому берегу Вислы туда же отходит кавалерийский корпус А.В. Новикова. В то же время к польской столице вот-вот должен подтянуться 2‐й Сибирский корпус, а затем и целых две армии – 2‐я армия Северо-Западного фронта и 5‐я армия Юго-Западного фронта. Понять русский план не составляло особенного труда: перегруппировка сразу двух армий под Варшаву означала предстоящее контрнаступление на левом берегу Вислы. Следовательно, захват А. фон Макензеном Варшавы, помимо своего политического резонанса, в корне срывал русское планирование: русские оказывались сразу же запертыми на восточном берегу Вислы, что не позволило бы им нанести решительный удар с далеко идущими целями глубокого вторжения в Германию.

Таким образом, германское командование, раз уже не удалось разрезать надвое русский фронт, решило просто сдержать русский «паровой каток», заперев его естественной преградой. То есть теперь в операции немцы поставили перед собой оборонительную цель, что в случае занятия Варшавы означало бы фактический выигрыш операции, ибо в таком случае:

– линия Вислы контролируется австро-германцами;

– русские не имеют возможности предпринять наступление с левобережного плацдарма в Германию, согласно предвоенным франко-русским соглашениям;

– напор на австрийцев со стороны русского Юго-Западного фронта резко ослабевает, так как большая часть русской действующей армии скована на Висле.

Все это позволяло иметь успех с меньшими силами. Поэтому, перенося удар на Варшаву, Гинденбург и Людендорф все еще надеялись на благоприятный исход непредвиденно затягивающейся операции.

<p>Удар на Варшаву</p>

Не теряя ни минуты, 24‐го числа группа А. фон Макензена двинулась на Варшаву. Русская конница, в силу своей огневой слабости, не могла сдержать германского напора, тем более что немцы, не желавшие новой и уже окончательной неудачи, не останавливались ни перед чем. Противник стремился выиграть темпы операции, опередив те русские войска, что будут посланы к польской столице для создания обороны на полуразрушенных варшавских фортах. Уже на следующий день германцы заняли Лодзь, а 26 сентября, в день первого обстрела крепости Ивангород, подошли к району Варшавы, войдя в местечко Гройцы. Таким образом, перейдя к стратегической обороне под Ивангородом, Э. Людендорф перенес наступательные усилия на варшавское направление.

Вероятное взятие столицы русской Польши давало германцам массу козырей. Помимо контроля над переправой (а следовательно, возможности остановить русских на линии Вислы, прикрывшись естественной преградой), немцы получили бы в свои руки промышленную столицу запада Российской империи. Еще и население: в России к 1913 году было всего несколько городов, численность населения которых приближалась бы к полумиллиону человек (столицы – Санкт-Петербург и Москва – более миллиона каждый, Одесса, Киев, Рига и Варшава). К началу войны в Варшаве проживало около 450 тыс. жителей.

Вдобавок при подходе к Варшаве противник получил ценную информацию. В местечке Кутно в немецкий плен угодил сам варшавский губернатор С.Н. Корф: «Он поехал осматривать в Сохачеве, Ловиче и Кутно госпитали. Под Кутно встретил отступающих перед немцами солдат и стражников, которые сообщили ему, что в Кутно уже немецкие разъезды. Он, по обыкновению, разыграл храбреца и поехал дальше… там и остался»[49]

.

Оставленный Людендорфом заслон (два корпуса) на месте слияния Вислы и Сана сумел отбить попытки 4‐й русской армии А.Е. Эверта занять плацдармы на левом берегу в районе Ивангорода, обеспечив своим главным силам маневр против столицы Царства Польского. Своим движением немцы растянулись по западному берегу Вислы, создав сильные группы на тех участках, что подлежали форсированию со стороны русских. Преимущество в железнодорожном маневре помогло немцам бросить в наступление на Польшу основную массу своих подразделений, участвовавших в операции.

К моменту германского наступления на Варшаву столицу русской Польши прикрывал только слабый Варшавский отряд, который, к тому же, был разбросан по значительному периметру обороны от Варшавы до крепости Новогеоргиевск. Начальником Варшавского отряда был назначен П.Д. Ольховский (главный начальник Петроградского военного округа) при начальнике штаба И.З. Одишелидзе (перед войной – начальник штаба Туркестанского военного округа). В состав отряда входили 27‐й армейский корпус Д.В. Баланина, а также второочередные 63‐я (А.Ф. Зубковский) и 77‐я (Л.С. Барановский) пехотные дивизии. При этом 27‐й армейский корпус был выдвинут к крепости Новогеоргиевск. Всего в районе Варшавы и крепости Новогеоргиевск находились 65 пехотных батальонов (690 офицеров и 52 459 штыков), 47 эскадронов и сотен, 1629 орудий и 202 крепостных пулемета (в том числе все стационарные крепостные пулеметы и 1459 орудий в Новогеоргиевске, а не в Варшаве).