Осень 1914 года. Схватка за Польшу

К 8 сентября под Ивангород начал прибывать 3‐й Кавказский корпус В.А. Ирманова (как и А.В. фон Шварц, Ирман был участником обороны Порт-Артура), который приступил к наведению дополнительных паромных и понтонных мостов у Ново-Александрии и Гуры-Кальварии[133], где за переправу отвечал подрывной отряд поручика Мухина. Следующим к Ивангороду подошел Гренадерский корпус И.И. Мрозовского. Дабы скоординировать действия в предстоящем сражении, 21 сентября Шварц (в должностном отношении имевший права командира корпуса) пригласил Мрозовского приехать в крепость на совещание с ним и Ирманом о плане неизбежной обороны Ивангорода[134].

В ожидании подхода австрийцев А.В. фон Шварц распорядился затопить местность перед крепостью и организовать артиллерийскую поддержку остававшихся на левом берегу Вислы авангардов 3‐го Кавказского и Гренадерского корпусов, создавших плацдармы на момент будущего контрнаступления. Расположенные в окрестностях Ивангорода небольшие деревушки и населенные пункты – Ирена (ближайший пригород, посад), Стенжица, Сецехов, Горбатке, Рыки, Руды, Коциелки, Мощанка, Мащеевице, Моленды, Ополье, Базанов – либо сжигались, либо оказались затоплены. Приказ Шварца от 23 сентября 1914 года гласил: «Офицеры и солдаты гарнизона крепости Ивангорода! …завтра у нас будет бой. Завтрашний день покажет, чего каждый из вас стоит как воин великой русской армии… Каждый из вас должен знать, что крепость наша закрывает немцам дорогу в Россию и мешает им овладеть Варшавой и Польшей. Знайте также, что если нам удастся отстоять нашу крепость, то это будет началом конца немецкого царства, так как немцы привели сюда свои последние войска и помощи у них больше нет… Не бойтесь смерти. Кому что суждено, то с ним случится. Кто будет убит, умрет смертью героя, а уцелевшие расскажут о его подвигах»[135].

24 сентября русские корпуса завязали бой в крепостном предполье, постепенно отходя на ивангородские переправы, и потому австро-германские войска вышли к крепости 26 сентября, где уже были окончены основные работы по усилению обороны крепости. В первый же день первой осады Ивангорода 26 сентября – 14 октября 1914 года (вторая осада будет через год, 8—22 июля 1915 года) А.В. фон Шварц послал телеграмму М.В. Алексееву и А.Е. Эверту: «Неприятель начал обстреливать артиллерийским огнем передовые позиции и линию фортов левого берега. Сейчас началась ружейная перестрелка»[136].

Имея превосходство в силах и особенно в полевой тяжелой артиллерии, 9‐я германская армия сумела отбросить русских за Вислу, однако генерал Ирманов сумел удержать за собой Козеницкий плацдарм, образованный действиями сводного отряда из состава 21‐й пехотной дивизии (С.Б. Садык Бек Мехмандаров) 3‐го Кавказского корпуса. Состав отряда: три батальона 84‐го пехотного Ширванского полка, 4‐я батарея 21‐й артиллерийской бригады, взвод казаков 3‐го Хоперского полка Кубанского казачьего войска и несколько отрядов саперов. Командовал отрядом начальник 2‐й бригады 21‐й пехотной дивизии Н.М. Иванов, награжденный за бои на Козеницком плацдарме орденом Св. Георгия 4‐й степени и Георгиевским оружием.

Основные дальнейшие события под Ивангородом развернулись как раз в сражении за этот плацдарм – 13 суток непрерывных боев, в ходе которых был тяжело ранен и взят в плен командир Ширванского полка, убиты все командиры батальонов, всего же офицерский состав полка потерял более половины офицеров. Лишь своевременная переправа 83‐го пехотного Самурского полка из состава той же самой 2‐й бригады позволила удержать плацдарм. Как говорит исследователь, «в тяжелейших условиях им удалось отстоять Козенице и выиграть время для подготовки контрнаступления»[137].

84‐й пехотный Ширванский полк имел своим шефом самого царя. Поэтому неудивительно, что император, непосредственно оторванный от армии, наблюдал за действиями этих частей. Телеграмма императора Николая II от 10 октября благодарила героические подразделения 3‐го Кавказского корпуса: «Сердечное спасибо моим дорогим ширванцам после тринадцатидневного горячего боя с трудным противником в день 26‐летней годовщины моего назначения шефом полка. Радуюсь несказанно, что упорство врага сломлено доблестью испытанных старых Кавказских полков – ширванцев и самурцев»[138].