Оскорбленный взор. Политическое иконоборчество после Французской революции

Кое-кто из этих «обломков Великой армии» или побежденных федератов[848] промышляет воровством, грабежами или насильственной реквизицией. Территорию, находящуюся под властью Бурбонов или оккупированную союзными войсками, они воспринимают как иностранную. Это презрение к законам со стороны военных порождает целую мифологию, связанную с «луарскими разбойниками», которая сознательно культивируется властями в эпоху Реставрации: якобы некоторые наполеоновские солдаты из «луарской армии»[849] после падения империи одичали. Впрочем, в реальности такие случаи грабежа остаются редкими, занимаются этим либо дезертиры, сбившиеся в банды[850], либо «синие» солдаты, возвратившиеся из Вандеи[851]. Гораздо чаще демобилизованные солдаты или фрондирующие федераты ограничиваются актами насилия сугубо символического. Они яростно сопротивляются попыткам отнять у них орлов и трехцветные кокарды — символических спутников их воинской жизни[852]. С той же яростью они стремятся очистить пространства, «замаранные» новыми бурбонскими знаками. Поскольку при Бурбонах во Франции продолжают стоять оккупационные войска союзников, знаки Бурбонов в глазах отставных военных имеют репутацию антипатриотических.

В Туре 13 июля 1815 года, когда город уже подчинился власти Бурбонов, несколько сотен солдат луарской армии очищают город от королевских эмблем, а белый флаг над мэрией заменяют трехцветным. Все белые флаги, висевшие над окнами обычных горожан, они собирают и разрывают на куски под крики «Да здравствует Император!»[853] В тот же день в Лионе зрелище белых платков, которыми размахивают обитатели частного особняка в контрреволюционном квартале Эне, вызывает ярость нескольких сотен солдат, и они разоряют этот особняк с криками «К оружию! Долой капитуляцию! Долой австрийцев!»[854] Аналогичные сцены, в которых нападению подвергаются белые королевские флаги, происходят в начале Первой и Второй реставраций в Перпиньяне, Монтобане, Иссуаре, Клермон-Ферране[855]. В Монбризоне (департамент Луара) отставные солдаты грозят сжечь город, если там не заменят белые флаги трехцветными, — и жителям города приходится ненадолго подчиниться[856]. В Шатору 10 августа солдаты снимают белый флаг и мажут его сажей[857]. Эти точечные жесты коллективного иконоборчества — знак протеста разом и против политических перемен, и против военного поражения.

В ходе демобилизации некоторые солдаты, подражая революционным жестам, стараются уничтожить королевскую разметку территории. Они подвергают «чистке» дорожные столбы, украшенные королевскими лилиями. В мае — июне 1814 года они забрасывают камнями многие столбы со свежевыгравированными лилиями на границе департаментов Рона и Изер[858]. Жест, продиктованный двойной ненавистью: не только к Бурбонам (это само собой разумеется), но еще и к австрийцам, которые незадолго до этого расстреляли из ружей орла на одном из таких столбов.